Союз пяти королевств. Трилогия

Мужчины уже укладывают на снег деревянный настил, вытаскивают скамейки. Из соседней деревни пригласили музыканта. Будет праздник! Людям хочется повеселиться, не часто наш замок посещают высокие гости.

– А ты пойдешь? – Свон боялась встречи с принцем.

Ее смущала догадка, что это он был у озера и укрыл ее. Как она посмотрит ему в глаза?

А в глаза Эдуарда смотреть хотелось, несмотря на страх обнаружить там усмешку. Она замирала, вспоминая полюбившийся запах, тепло его тела, мягкий голос. Ее неудержимо тянуло к нему, и присутствие Сары рядом во время ужина казалась спасением.

– Да, пойду. Мне приятно побыть рядом с мужем, посмеяться, потанцевать, полюбезничать, словно мы и не женаты вовсе, – Сара заулыбалась, предвкушая веселье. – Жаль, что мне придется уйти ближе к полуночи. Марта тоже должна себя показать. Она молодая, горячая, а в замке столько неженатых мужчин появилось!

– Почему ты должна уходить с праздника? Может, я посижу с детьми, а ты с мужем побудешь.

– Нет, меня никто не сможет заменить.

В замке я единственная кормящая женщина. Вот и у тебя молока нет, – засмеявшись, она ткнула пальцем подруге в грудь.

Сидя у люльки со спящими детьми, Свон достала из кармана платья мужской шейный платок и нашла на нем вышитый герб Эрии. Летящий орел нес в клюве лилию, а в его когтистых лапах извивалась змея. Она провела по контуру рисунка пальцем, ощущая шелковистость тонкой работы белошвейки. Прижав платок к лицу, с наслаждением вдохнула цитрусовый аромат.

Наблюдающая за ней Сара заметила, как на лице подруги расцвела мягкая улыбка, а щеки порозовели.

– Любовь! – вздохнула она, вспоминая щемящее чувство, охватывающее все ее существо при первых встречах с Бертраном, жалея, что оно перестало быть таким острым, как некогда.

Когда женщины вышли к столу, то обнаружили, что его нет, а посреди двора стоит огромная жаровня. Над ней на железном пруте, установленном между мощными рогатинами, висели две туши горных козлов. Они вращались, подставляя огню то один бок, то другой.

Старший стражник Бертран вцепился в рукоятку двумя руками и медленно ее поворачивал, позволяя мясу равномерно прожариться. Его обнаженный торс освещался сполохами огня, а бугрящиеся мышцы не оставляли равнодушной ни одну женщину.

Слышались шутки, смех, а веселый голос Бертрана вторил прибаутками, заставляя народ прыскать в меховые воротники. Это мужу Сары было жарко у огня, а остальные ежились от покалывающего щеки мороза.