Психо. Байки Грижского леса

– Ну–с, и что вас, батенька, беспокоит?

– Слабость. Но к чему вопросы? Вы прекрасно знаете о моем состоянии по анализам крови. Скажите, доктор, честно, сколько мне осталось?

Пан Фил поднял бровь. Его с самого начала что–то смущало. Но только сейчас он понял, что не видит пани Десмод. Обычно весьма активная лаборантка притихла за пнем.

– Объяснитесь подробнее. Я хочу ясно представить картину вашей болезни.

Дятел вздохнул. Было видно, что ему тяжело говорить.

– Когда неделю назад вы прислали ко мне пани Десмод, я удивился.

Голова давно не болела. Но, уважая вас, и помня, что накосячил, – пан Под–Пантофлем поднял глаза на табличку «Психо», – я разрешил лаборантке взять у меня кровь. На следующую ночь она заявилась опять. И огорошила, что анализы придется неоднократно повторять. Всё очень плохо. Я не поверил. Но пани Десмод объяснила, что «болезнь смертельная и подкрадывается неслышно». Проснувшись утром, я убедился, что она права: я не смог выбраться из дупла.

– Продолжайте, – подтолкнул пан Фил загрустившего дятла.

Сам филин в это время не спускал глаз с пня, из–за которого он ясно слышал участившееся сердцебиение лаборантки.

– Спасибо пани Десмод. Не дала умереть от голода. Она перед каждым забором крови кормила меня.

– Что включал ваш рацион?

– Листовертки с виноградника и хмеля, зеленые гусеницы с забродивших яблок, тля с перезревшей малины.

– Вас не смущали предложенные блюда?

– Нет. Было вкусно и повышало настроение. Я на время забывал о своей смертельной болезни.

Мир становился цветным.

– А пани Десмод?

– О, она настолько близко приняла мою беду, что просто поселилась в дупле. Отлучалась только для того, чтобы сообщить вам результат и раздобыть еду. Она работала на износ. Я даже стал беспокоиться за ее здоровье, видя, каким неуверенным и путанным стал ее полет. Я думаю, у нее от усталости забарахлил эхолокатор.

– Не переживайте за пани Десмод, – успокоил дятла пан Фил. – Я лично займусь починкой ее эхолокатора.

Из–за пня пискнули.

– И каков диагноз, доктор? – обреченный взгляд дятла когтем скреб сердце пана Фила.

– Одиночество. Но в ближайшее время вы не умрете, – филина порадовал облегченный вздох пациента. – Батенька, вы никогда не задумывались, почему носите фамилию Под–Пантофлем?

– Нет, – оживился дятел. – И мой отец, и мой дед были Под–Пантофлем.

– Это значит «подкаблучник». Вам без женщины нельзя.

Из–за пня раздался довольный смех.

– Без правильной женщины, – поправился филин.