Гражданка Иванова, вас ожидает дракон

С рвением раскланивались, тая удивление, что герцог явился во внеурочное время – приглашающие в гости огни зажгутся ближе к вечеру.

Хер Шерди и хересса Забиду – владельцы тех самых, попавших под подозрение салонов «Затейница» и «Сладкая попка», улыбались особенно подобострастно. Или Фольку казалось? Он едва удостоил их взглядом, как, впрочем, и остальных: негоже кого-то выделять до завершения следствия. Рыло может быть в пуху у каждого.

– Пст! Пст!

Лорд Ракон удивленно повернул голову. Между двумя зданиями, там, где обычно стоят мусорные баки, мялась пожилая гномка.

– Пст! – гномка вышла из тени и нетерпеливо поманила рукой. – Подойди, не бойся!

Фольк замедлил шаг. Ему и бояться? Но по тому, как к нему обращалась женщина, забыв о свойственном гномам уважительном отношении к титулованным особам, лорд Ракон сделал вывод, что она на острове недавно и не понимает, что перед ней герцог.

– Наклонись, что скажу! – старуха дернула за край жилета, принуждая лорда Ракона последовать ее требованию.

«Может, она что-то знает о поставщиках свечей похоти?» – мелькнула мысль за секунду до того, как гномка горячо зашептала в ухо:

– Не хочешь потерять голову, не покупай увядшие цветы!

«Фух! Всего лишь старческое слабоумие!» – лорд сердечно похлопал по плечу сердобольную, озаботившуюся судьбой незнакомца.

– Я так и сделаю, леди, – и обернувшись на любопытствующих, Фольк подал знак рукой.

Двое из салона «Поцелуй русалки» кинулись к растерявшейся от обилия внимания старушке и, взяв под локотки, повели в сторону Гостиничной улицы – там, в самом ее конце, милостью герцога был организован приют «Утешение», где могли получить помощь потерявшиеся или в пух проигравшиеся гости острова. Горячая еда, койко-место и врачеватель душ – полный сервис, чтобы не впасть в отчаяние и захотеть вернуться на остров вновь.

– Не забудь, мальчик! Никаких поникших лютиков, иначе вся жизнь пойдет кувырком!

Глава 4. Почем нынче поникшие лютики

– Лот номер семь! – провозгласил аукционист, и сердце Василисы бешено забилось.

– Прощай! – шепнула она побледневшему от волнения Иванушке. Короткое объятие, во время которого она ощутила, как дрожат руки «хозяина», и поцелуй в щеку.

– А может, назад, в Кукушки? – вдруг предложил Прекрасный.