Хана Американа, или История маленькой женщины

До встречи!

Через 5 дней Дин, Ванесса и я подъехали к лютеранской сельской церкви к назначенному времени: я в красном облегающем платье, жених в темно-сером костюме, дочь – в белом летнем наряде. Во дворе на парковке уже стояло около 10 машин наших родственников и друзей. Сама парковка отличалась широтой и размахом, белая разметка была такой яркой и свежей, будто только что нанесена на асфальт. Божий дом вновь напомнил американские фильмы, где сельские церкви всегда выглядят одинаково: стены из красного кирпича, треугольная крыша, большие белые колонны у входа и огромная входная дверь.

Мой жених, будучи весьма стеснительным по натуре, сильно волновался и вытирал пот со лба перед дверью святилища, меня тоже охватил нешуточный мандраж. Спокойствие хранила только моя дочь, единственной функцией которой было сидеть и наблюдать за церемонией из зала. Я, как могла, подбадривала Дина:

– Не волнуйся, дорогой, там только твои близкие, и их мало.

Дверь была высокой и массивной, с толстой вертикальной ручкой. Перекрестясь в душе, жених отворил врата святого дома – и мы втроем предстали перед публикой. Все, кто сидел, тут же встали и пошли навстречу: это были мать Дина, без пяти минут моя свекровь, ее муж Фредди, приятель с работы с дочкой Ванессиных лет, три близких друга Дина, младшая дочь Люси со своим новым парнем Роном, и, собственно, сам пастор, Эван Мерфи.

Старшая дочь Дина, Мэтти, не появилась даже в такой важный для отца день, выражая таким образом антипатию ко мне.

Внутри было все, как в лучших традициях Голливуда: высокие потолки, два ряда длинных сидений, разделенных посередине проходом, пол сплошь устлан красным ковровым покрытием.

Святой отец поднял руку и попросил тишины. Гости расселись по скамейкам. Мы с будущим мужем встали у алтаря по обе стороны от священника перед нашей небольшой аудиторией.

Я чувствовала на расстоянии, как Дин нервничал и был напряжен, он не мог расслабиться. Гости с интересом разглядывали меня, так как до этого встречали всего один раз, а кто-то не видел ни разу.