Хана Американа, или История маленькой женщины

Его голос звучал бодро, он изо всех сил старался осчастливить меня словами, но позже я узнала, чего стоило ему спокойствие. На душе у Дина скребли кошки, ярость и обида на решение консульства распирали, ему хотелось рвать и метать. Но ничего этого он мне не показал: при разговоре оставался спокойным, счастливым и любящим мужчиной.

Мой любимый, мой родной Дин! Как же ты умел любить – крепко, глубоко, навсегда! Если ты полюбил однажды – ты предан своей любви на всю жизнь!

Слова дорогого мне человека подарили крылья за спиной.

Вторая встреча

После отказа в туристической визе прошло два месяца. Дин вовсю собирался снова посетить меня: оформил трехлетнюю визу в Россию, закупил мне и моей семье подарков, забронировал отель в моем городе и заказал билеты на самолет.

Я тем временем планировала новую культурную программу: искала и выбирала лучшие места на Байкале, намечала музеи и достопримечательности, покупала сувениры и гостинцы его семье.

Второй визит жениха пришелся на жаркое лето 2017 года. После долгого перелёта и 12-часовой разницы во времени Дин в первые дни вновь напоминал ходячего зомби с красными глазами и ничего не понимал. Все еще боясь наших местных полицейских после прошлого инцидента в “Шереметьево”, он разговаривал со мной шепотом и старался обходить стороной всех людей в форме.

Дин не заходил со мной ни в одно из служебных помещений, где мне нужно было получить какой-нибудь документ: ему все время мерещились работники органов госбезопасности, которые только и ждут, чтобы заключить американца в наручники.

Потом была дорога на Байкал. А так как машины у меня не было, я повезла его на Ольхон (остров на озере) на пассажирском микроавтобусе.

Лихой водитель несся с бешеной скоростью, совершая опасные обгоны и подпрыгивая на каждом бугорке.

Нас поселили в маленький домик, где не было ни интернета, ни мыла, ни завтраков, ни полотенец. Квадратная комнатка вмещала себя две односпальные кровати, прикроватные деревянные тумбочки, пару обшарпанных стульев и расцарапанный старый столик для кухонных принадлежностей.