Ты пойдешь со мной!

Наконец Макс отложил планшет и посмотрел на меня прямым и пронизывающим взглядом, от которого захотелось спрятаться куда подальше.

– У тебя два варианта, Алина.

Я напряглась.

– Первый. Видишь этот колодец? – Он указал ладонью куда-то в сторону. Проследив за его взглядом, я кивнула. – Ты должна туда прыгнуть, если действительно доверяешь моим словам. А я говорю, что внизу не холодная вода, а плотный матрас. Ты не пострадаешь.

– Да? – с сомнением спросила я.

– Есть и второй вариант.

Я нервно сглотнула.

– Прямо сейчас я отвезу тебя на ближайшую трассу, и мы навсегда расстанемся. Получишь свой долгожданный паспорт и забудешь о нас навсегда.

– Паспорт или смерть, – невесело улыбнулась я. А ехидный внутренний голос добавил: «Никуда ты от него не убежишь. Он найдет тебя везде, где бы ты ни находилась, и вернет обратно. Смирись уже с тем, что больше не принадлежишь себе. Что теперь должна играть по его правилам».

– Паспорт или доверие, – поправил он, и я внезапно все поняла.

Доверие… Да это его очередная проверка! Хочет узнать, доверяю ли я ему настолько, что готова, не мешкая, сделать все, что он скажет. Верю ли тому, что он говорит. Что ж, очень жестокая проверка… И так страшно, что все тело судорогой сводит.

– Ты все равно не сбежишь! Я найду тебя, сука, ты мне за все ответишь! – пригрозил Аллигатор, явно недовольный таким поворотом событий.

Но я его не слушала. Я смотрела на Макса. А он смотрел на меня. И я увидела в его глазах что-то новое, что-то, что вызывало у меня не просто удивление, а настоящий диссонанс.

И я поверила.

К всеобщему изумлению, подошла к колодцу и заглянула внутрь. Там было темно и веяло холодом.

– Ты че, и вправду намылилась прыгать?! – удивился Аллигатор. – Эй, стой, притормози! Ворон, если ты решил ее прикончить, дай хоть нам немного поразвлечься напоследок! А там ей уже самой захочется убиться.

Ворон посмотрел на него так, что Аллигатор резко уменьшился в размерах и замолчал.

Несмотря на его слова, я верила Максу. И больше не хотела, чтобы он во мне сомневался.

– Толкни, – прошептала я.

– Что?

Он удивленно поднял бровь.