Моё личное чудовище

– Я не к тебе обратился, обезьяна,– оборотень слез с мотоцикла, поставил его на подножку в виде волчьей лапы.

– Из-вините, я занята, – заикаясь произнесла Алиска не отводя завороженных глаз от этой махины, которая могла бы переломить ее хрупкого Толика пополам одной ла… рукой.

– Кем занята? Этим? Так мы можем освободить.

Я оглянулась в поисках Вацлава, но тот просто испарился. Вот только что был тут и бац, его уже нет. А ведь он бы мог запросто посоперничать с этой оборзевшей псиной. Вот куда он смылся так не вовремя или… наоборот?

– Вали отсюда, а то от твоих блох не избавишься потом.

Ой, зря Толик нарывается. Чует мое сердце, добром это не кончится.

– Послушайте, они жених и невеста, не надо к ним приставать, – вставила я свои пять копеек, но от меня только отмахнулись, как от надоевшей мухи, и 120 килограмм веса двинулось на моих друзей. Это нечто схватило за руку Алиску и другой рукой, легонько так, толкнуло Толика, отчего он отлетел метра на два и приземлился на мягкое место.

Вот дела! Только конфликта не хватало. Папаша Толика явно не обрадуется, что так тщательно налаживаемые им мосты с миром оборотней может разрушить его сынок.

Обойдя оборотня с тыла, я подошла к его мотоциклу, посмотрела, подумала, секунд пять, убрала подножку и … отпустила агрегат. Бах! Тот грохнулся на землю.

– Ой, у вас мотоцикл упал,– с кривой улыбкой сообщила я обернувшемуся на звук оборотню очевидный факт.

Хотя на нем был надет шлем и лица его не было видно, но сильная злобная аура припечатала меня к земле.

И тут это гора двинулась на меня и явно не за тем, чтобы пригласить прокатиться.

Не знаю, что на меня нашло, но в считанные секунды я оказалась у противоположенной стороны моста, перемахнула через перила и прыгнула. Нет, ну я то помнила, что там висела люлька, которую так и не успели убрать после украшения моста к празднику. Так что, из люльки я по веревке с ловкостью обезьяны спустилась на берег реки у самой воды и побежала на каблуках сквозь заросли, проваливаясь, чертыхаясь, обзывая всех оборотней нехорошими словами.

Всего раз оглянулась, чтобы показать стоящему на мосту оборотню неприличный жест из пальцев и помчалась дальше.

***

У своего дома я оказалась примерно через час, лохматая, в грязных туфлях с прилипшей грязью, порванном внизу платье. И вот надо же было такому случиться, что у подъезда меня ждал Вацлав. Вот не вовремя, честное слово. Не в том я сейчас виде, чтобы охмурять кого-то.