Хозяин бабочек. Альтраум IV

Даже Акимыч восстал против трюма, напирая на то, что за десять дней без игры он крышей поедет – привык уже в ней жить, да и в реале делать особенно нечего. Так что Ева с тяжелыми вздохами приобрела нам пять мест на «Пеликан» по восемьсот золотых, зато Хохен ехал с нами как груз и в персональном билете не нуждался. Кроме того Ева решила частично отбить стоимость билетов: в порту были конторы, которые давали заказы на межконтинентальную пересылку всякой ерунды. В результате оставшееся место багажа у нас оказалось забито мешками с гречкой и прочими разностями, да и наши инвентари трескались от писем и посылок.

– Не понимаю, – сказал я, запихивая в инвентарь последнюю банку малинового варенья, – в Таосань люди варенье варить не умеют?

– Там малина не растет, – раздраженно буркнула Ева, помогая Акимычу засовывать в мешок зеленые шишки артишоков.

– Что, вообще не растет?

– Вообще растет, но почти не плодоносит. В Альтрауме большинство растений строго региональные. Есть то, что растет на всех континентах – лимоны какие-нибудь, пшеница, овес… Но очень многие растения практически не будут развиваться вне своего региона, какие теплицы им не ставь.

– Еще на Замулкасе тростник есть, – сказал я.

– Еще на Замулкасе. – согласилась Ева, – Создатели Альтраума очень заботились о необходимости энергичного морского торгового сообщения между континентами. У тебя сколько свободных мест в инвентаре еще осталось?

– Одинадцать, но мне же рыбу нужно еще куда-то девать.

– Возьми, тут пятьдесят писем, на пять ячеек.

– А письма-то зачем с курьерами передавать, – спросил я, – почта же есть! Моментальная! Мы же это письмо минимум десять дней будем везти.

– Отсылка письма абоненту, который в момент отсылки находится на другом континенте, – двадцать пять золотых, – сказала Ева. – А для неписей непринципиально сколько дней будет идти их письмо дорогой тетушке Лулу с поздравлениями по случаю рождения четвертого внука.

Заполнив курьерский контракт, мы выползли в порт, сгибаясь под тяжестью ящиков и тюков. Впрочем, мы не сильно отличались от большинства пассажиров. Носильщики только и успевали бегать туда-сюда по трапам, отправляя в трюм мешки, корзины и бочонки. Когда мы избавились от груза и заманили Хохена на палубу, к нам подошел местный стюард-распорядитель.