Первый парень на «горшке»

Одно дело за рабочим столом сидеть или «баранку» крутить, а другое…

– Ну, не ругайся, Гу?ся, – начал мужик неожиданно заискивать. – Я окрошку сделал. Как ты любишь – всё мелко порубил. Укропчик, ветчина…

– Не подмазывайся, – сказала Гусыня строго, но улыбка слишком очевидно блеснула в ее глазах. – Что ещё нужно сделать во дворе?

– Да, ничего. Ну, можно курицам воду налить. Я не успел. Ты поймала меня с поличным.

– Ладно, – продолжила она свой путь и скрылась за углом дома.

– А ты чего встал? – обратился ко мне Николаевич.

– А что мне еще делать?

– Иди дров в баню натаскай. Слышал же, что мне нельзя, – показушно схватился он за спину.

– Я устал.

– Значит, работал. А если работал, то повторить это не составит никакого труда. Иди, – указал мужик большим пальцем в сторону, в которую ушла Гусыня. – Дрова, баня. Всё рядом. Не заблудишься.

– А отдыхать у вас тут не положено? – вопрос был брошен мною безадресно. Просто нужно было куда-то выплеснуть нерв.

– Отдыхай. Кто ж тебе не даёт-то? – усмехнулся Николаевич.

– Класс! – выдохнул я устало.

Проходя мимо крыльца, положил свою грязную футболку поверх рубашки Гусыни и пошёл к мелкому теремку, из железной трубы которого шёл дым.

– А где дрова? – спросил я громко и глянул за плечо на довольную морду Николаевича.

– А ты их не наколол, что ли?! – спросил он насмешливо и нарочито возмущенно. – Ну, Рамилька! Ну, ёмаё! Готовится же надо к таким вещам!

*

– Боже, – снисходительно вздохнула Гусыня, выйдя из курятника, в котором только что довела до истерики всех его обитателей.

Уперевшись ногой в полено, с усилием вынул из него острие топора.

– Можно подумать, что ты умеешь их колоть, – фыркнул я, замахиваясь для нового удара по полену, для которого пришлось выкопать небольшую ямку, чтобы оно стояло и не падал после каждого удара по нему.

– Яйца подержи, – протянула мне Гусыня два куриных яйца.

Брезгливо взял их. Теплые. Они только что выпали из куриной задницы? Тошнота подкатила к горлу. Желание швырнуть их через забор зудило в ладонях.

Гусыня тем временем, замахнулась топором и резко ударила по полену, отчего то распалось на две почти равные части.

– Понял? – посмотрела она на меня, протягивая топор обратно. – Главное – не сила, главное – резкость. Верни мне мои яйца. Не заработал ещё.