Крепкий орешек

Маленькая ручка крепко сжимает опустевший стакан из-под кофе и только это выдает её внутреннее напряжение, которое не видно на спокойном лице.

Так, Молотов, Соберись! Хватит таращиться на девушку, как голодный зверь.

– Я спросил вашу фамилию, – напомнил я ей, а заодно и самому себе, причину наших гляделок.

– Орешкина, – голос мягкий, спокойный.

– Через пятнадцать минут в моём кабинете, – напустил на себя побольше строгости и высокомерия. И, видимо, переборщил, так как другие сотрудники поспешили покинуть место «боя» и вернуться на рабочие места.

– И что ты на нее взъелся? – обратился ко мне довольный Серега. – Подумаешь, кофейком немного брызнула, не сахарный же. Уволишь?

– Проверю свои догадки, – задумчиво произнес, кривовато улыбаясь. – И да, скорее всего, уволю. Тет-а-тет со мной ещё ни у кого гладко не проходил.

– Жаль, а я ей даже не успел сказать «спасибо» за спасение своего кишечника от отравления.

– Кстати, закажи пожрать, – вспомнил я о своём пустом желудке.

– Вот, это уже другое дело, – улыбнулся друг и набрал номер доставки.

Сидел в кабинете, ожидая девочку с кофе – как я её для себя прозвал.

Пришла на несколько минут раньше, что лишь подтверждало мои догадки.

Девушка открыла дверь и уверенно посмотрела в мои глаза.

На смену очарованию пришло острое разочарование.

Девушка кардинально сменила свое наивное апмлуа на костюм хищницы. Бордовая помада, красная блузка с глубоким декольте – всё готово для того, чтобы поиметь большой и толстый кошелек.

Не удивлён, но отвращение невольно подкатило к горлу, заставляя поморщиться.

– Проходите и садитесь, Орешкина, – эта особь, скорее всего, охотится и за новой фамилией.

Девушка едва уловимо улыбнулась и села в кресло напротив меня. Видимо, решила, что клиент клюнул.

Что ж, посмотрим, что ты скажешь на это.

– Скажу первый и последний раз, Орешкина, – в голосе неприкрытая насмешка.

Глаза девушки стали шире, бровь снова взметнулась вверх. Несколько секунд выжидающе смотрела и обернулась, словно желая проверить, слышал ли ещё кто-то мою провокационную речь.

– Простите?

Ну, конечно. Любимый приемчик – прикинуться дурой и ждать, что всё сойдет с рук.

Видели, знаем.