Смазки для взрослых – III

Он попрощаться…

– Эээ… вы успели? – как-то неловко стало Оксане перед бабой Нюрой после того, что у них с Василем случилось ночью.

– Хорошо попрощались, милая… прям, как раньше, – вздохнула она.

– Мне сон снился… – начала Оксана.

– Хороший? – улыбаясь во все щеки, спросила баба Нюра.

– Очень…

– Вот и ладно. Образ заберешь его?

– Чей?

– Ну чей тебе больше приглянулся. Тот и забирай. Вон они на печи лежат. Писаные. Сазан и карасик твой, – кивнула она в сторону лежанки на печи.

– Так сазан Василя же, – совсем потерялась Оксана от случившихся с ней историй.

– Василя. Понравилось тебе куражиться с ним? Мокро от одной думки становится, как вспомнишь?

Оксана покраснела и потупила взгляд. Она поняла, что баба Нюра видела, как они с Василем кувыркались у нее на столе.

– Да не стыдобься, милая – засмеялась старушка, – ты ж мне помогла с ним встретиться, да встрепенуться, как в годы молодые, когда мокро было все у меня и пруд бил ключом целительным…

– Так это не я была с ним, а ты, баб Нюр? – глаза Оксаны становились размером с блины, которые лежали на блюде.

– Через тело твое, да пруд твой переполненный. Вместе мы были, милая… Вместе. Поэтому хочу тебе образ Василя передать для удовольствия и приятных ночей. Даже, когда парубок тебя к себе заберет, спрячь его в рушниках и пусть будет для утехи твоей. Пригодится. Потом сама кому хочешь передашь, пусть радует баб своими заныриваниями бойкими да горячими. Уххх, – передернула баба Нюра плечами, вспоминая сазана с его головою.

– А Гришка? – посмотрела Оксана на карасика его.

– Пусть лежит. Может кому пригодиться еще, – засмеялась баба Нюра. – Ладно, милая, ехать тебе пора. А мне дел невпроворот.

– Спасибо, баб Нюр. За полные берега и свободу от недуга моего, – шмыгнула носом Оксана, кутая сазана потеплее. – Я может еще приеду?

– Как будет зачем, приезжай, – кивнула баба Нюра.

Оксана уже переступила порог, как снова обернулась.

– А что с Василем то стало?

– Не время еще.

Оксана вернулась в отчий дом счастливая и веселая. И думки хорошие, и родные встретили с радостью. И комната со столом накрытым празднично.

Сверток никто не заметил, который она в тулупе пронесла, да в сундук с юбками спрятала. Улыбнулась, прикрывая его рушником. Почувствовала, как внизу стало набухать и наливаться влагою от одной только думки, что скоро ночь и она с Василем встретиться после вечерней трапезы.