Ключ от стального сердца

– Май, нам нужно поговорить, – раздалось за спиной.

– Мам! Напугала.

– Сядь, – велела мама.

От такого строгого тона я плюхнулась на табуретку, забыв о колбасе.

– Майка, так дальше продолжаться не может. Подготовиться в такой обстановке к экзаменам ты не сумеешь, а ведь сейчас решается твоя будущая жизнь. Папа у нас – молодец, но я тоже меры приняла. До Нового Года будешь жить у тети Оли в Мергелевске. Она согласна. Честно говоря, она сама это предложила.

– Стоп, – сказала я. – Она ведь в Намибии, с бойфрендом.

Я перевела взгляд на стену кухни. Среди других экземпляров маминой коллекции тарелок там висели блюда с африканскими антилопами и львами – сувениры от нашей тетки-непоседы.

– Уже не в Намибии, – сказала мама. – С этим ее… Артемом… они разбежались. Выяснилось, что никакой он не идейный дауншифтер и волонтер, а самый настоящий тюфяк и лентяй. Да и небезопасно сейчас в Африке. Оля решила вернуться к нормальной жизни… ну, в ее представлении.

Я понимающе кивнула.

– Лёлька сняла двухкомнатную квартиру в Мергелевске. И это отлично, потому что от ее дома до твоей новой школы десять минут пешим ходом. Обещала завтра прискакать, заодно тебя заберет. Раньше двенадцати она тут не появится, так что успеешь выспаться и сумки собрать. Раз в неделю к нам – строго с отчетом о достижениях в учебе, ну и помочь с мелкими.

– Ну ты и крута, – пробормотала я. – Вот так, дитятко ридное одним махом из семейного гнезда – вон.

– Мы с Лёлей договорились, – объяснила мама, – сидишь тихо в своей комнате и учишься. У Лёльки какой-то новый бизнес, она дома толком и бывать не будет. Сказала, помощь по хозяйству ей не нужна. Но ты понимаешь: прибраться иногда, в магазин, постирушки.

– Да без проблем, – я несколько растерянно почесала в затылке.

– Как с едой – сами решите. Лёля сказала, что берет тебя на полное свое обеспечение, но я, разумеется, на такие крайности не согласна.

До меня только начало доходить. Насколько Я знаю тетю Олю, меня практически отпускают на свободу. Своя комната! Личное время! Тишина!

Мама полюбовалась на мое расплывающееся в улыбке лицо и тоже улыбнулась, добавив:

– Ты ведь в курсе, я тетю Олю практически сама воспитала, как мать.