Люся, которая всех бесила

Люся встала, кряхтя, потерла виски и сказала злобно:

– А лучше бы я вашего внука тростью хряснула.

– Ничего, еще успеешь, – утешила ее Нина Петровна.

Первым делом нужно было встретиться с Великим Моржом.

Остальное потерпит.

Ветров, как и накануне, уже сидел за столом, когда Люся, одетая еще более броско, чем обычно, а и обычно было на грани, вошла в кухню. Хромота усилилась, и каждый шаг отдавался болью в затылке.

– Доброе утро, – холодно произнес он, читая телефон. – Твои журналисты за ночь раздули из крохотной искры целый пожар.

– С утра шаришься по информационным помойкам? – процедила Люся. – Что касается крошечной искры… Хочешь, я тебе тоже брызну дихлофосом в морду? Посмотрим, как тебе это понравится.

– Я принесу, – вызвалась Нина Петровна, – у меня где-то есть.

– Давайте сначала позавтракаем, – милостиво решила Люся и села, поморщившись, на свое место.

Ветров бросил на нее взгляд поверх телефона, отложил его в сторону, достал из кармана флешку и щелкнул по ней ногтями, отправляя по столу.

– И что это? – спросила она хмуро, хотя догадаться было не так уж и сложно. – Извинения? Не приму. Оставлю себе только флешку.

– Как угодно. – Он пожал плечами и вернулся к овощному суфле.

– Ваш внук, Нина Петровна, – принялась жаловаться Люся, – вчера самым гнусным образом воспользовался моим беззащитным состоянием. Вы можете избавить меня от его физиономии хотя бы за завтраком?

– Так ведь по вечерам, деточка, он еще хуже, – огорченно сообщила старушка.

– Протестую, – возразил Ветров, – это не самое гнусное, на что я способен.

– У маренов черная душа и полное отсутствие моральных принципов. – Нина Петровна сердито отодвинула тарелку и вышла из кухни, совершенно выведенная из душевного равновесия.

Люся посмотрела ей вслед и спросила у Ветрова:

– Почему ты живешь с бабушкой, которая тебя не выносит?

– Не твое дело, – ответил он, тоже поднялся и запнулся о прислоненную к столу трость.

Покрутил ее в руках, разглядывая черного пуделя, утомленно поджал губы, а потом вдруг наклонился и положил руку на Люсино больное колено. Она дернулась и машинально вцепилась зубами ему в плечо, пытаясь прокусить плотную ткань костюма. Сосед охнул, но руку не убрал. Люся сомкнула челюсти плотнее, а потом поняла, что боль в ноге хоть и не ушла совсем, но стала не такой зудящей. И выпустила Ветрова из зубов.