Идеальная Эльза

У Кристиана мог быть только один повод, чтобы пригласить ее на семейный обед, и Лоттар все поняла совершенно верно. Не персональный помощник Кристиана, но хуже. Он отдаст ее на съедение собственным детям и Берте – будет знать, как проявлять излишнюю инициативу.

Берта с недоумением посмотрела на мужа:

– Эльза Лоттар? Та самая Эльза Лоттар?

– Подстилка старикана Гё, – вдруг громко уведомил всех Исаак.

Хельга со жгучим интересом уставилась на девицу, но тут же отвела глаза. Ничего подстилочного в девице не было.

– У вас хороший слух, господин Эрре, – разбила оглушительную тишину Лоттар и села на свободный стул, мимолетно улыбнувшись Исааку.

Берта густо покраснела.

– Понятия не имею, где он этого нахватался. Уверяю вас, в своем доме мы никогда не обсуждали вас в подобном ключе.

– Могу себе представить, – ровно отозвалась Лоттар.

– За вашей спиной маячит какой-то мужчина, – предупредила ее Хельга.

– О, это Ганс. Мой телохранитель.

– У вас есть телохранитель? – тут же спросил Исаак.

– Именно так, господин Эрре.

– Но от чего?

– Дело в том, что меня, возможно, хотят убить, – просто объяснила Лоттар.

Тут уже все уставились на нее с интересом.

Кристиан махнул рукой, требуя себе еще кофе.

Хотя лучше бы виски, конечно.

– Что за человек хочет вас убить? – восторженно спросил Исаак.

– Возможно, это два человека.

Кристиан никогда прежде не видел такого восхищения на лице сына.

– Кажется, это неподходящая тема для обеда, – рассердившись от этого восхищения, сказал Кристиан.

– Ну что ты, – возразила Берта, – это самая интересная тема за долгое время.

– Прошу прощения, – опустила глаза Лоттар, – я не сильна в разговорах за обеденным столом. Господин Гё предпочитал есть в полнейшей тишине.

– Это правда, что он мог за целый день не произнести ни слова? – с интересом спросила Берта.

– Однажды он молчал целую неделю.

– Но как же его понимали?

– Это просто: ты всего лишь делаешь все как надо.

«Целую неделю, – подумал Кристиан, – Лоттар все дела вела правильно».

– Отчего же он заговорил? – спросила Берта.

– От икоты. Господин Гё сказал: «Черт бы побрал эту изжогу!»

Исаак захихикал.

Хельга едва заметно поморщилась – это тоже было слишком для воскресного обеда.

Им принесли восхитительную оленину, и на некоторое время за столом воцарилось молчание.