Ехал грека через реку

– Доброй ночи, – зевая, сказала она, – Аська с детьми спит в шалаше в саду. Вечно у нее какие-то фантазии. Это прямо за домом, вон по той тропинке. Кляксу не бойтесь, она смирная.

Гадая, кто такая Клякса, Адам двинулся в указанном направлении.

Душная летняя ночь рассеивала злость и чувство вины. Кто-то стрекотал в кустах, сверчки или другие насекомые, он не разбирался. Несколько тусклых садовых ламп бросали разлапистые тени вокруг. Пахло скошенной травой и древесиной. Адам споткнулся о какой-то бак, гулко громыхнуло в тишине, и перед ним появилась черная туша огромного зверя.

Зловещий, как собака Баскервилей, пес, не мигая, уставился на Адама недобрым взглядом.

Вот не зря он с детства панически боялся собак, как знал, что однажды его разорвут на части.

– Привет, – лживым и тонким голосом протянул Адам, – хороший песик.

– Клякса, свои, – раздалось из глубины сада, и пес неохотно подвинулся, пропуская ночного гостя.

Шалаш вырос на его пути неожиданно, и Адам едва не свалился на него. Он осторожно раздвинул сухие ветки ивы и просунул голову внутрь, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь.

Ася и дети слились в одну темную кучу. Маленькое – это Ева, которая спала буквально вскарабкавшись на свою няню, словно и во сне была все еще напугана.

Димдим разметался рядом, тихонько посапывая.

– Привет, – шепотом сказал Адам.

– Залезайте, – так же тихо предложила Ася и подвинулась вместе с Евой, освобождая для него место. Ему пришлось вползать внутрь на коленках, чтобы плюхнуться на клочковатый матрас.

– Я принес ваш телефон.

– Ваши родители – это запредельная энца. У вас, наверное, сто тридцать пять психических отклонений, – отозвалась Ася безо всякого такта. – Держите их пока подальше от Евы, она еще не готова к таким сценам психологического насилия. Возможно, когда ей исполнится тридцать…

– Подальше не получится, – вздохнул Адам, дергая носом, чтобы втянуть в себя запах молока и детского мыла, и свежих ягод и самой Аси – умиротворяющий и нежный. Ему нужно было ощутить сейчас ее спокойствие.

– О, по этому поводу не беспокойтесь, – хмыкнула Ася. – Как насчет повышения зарплаты? Не каждый день приходится воровать детей, знаете ли. Мы с Евой играли в двух лисичек, которые сбегают из курятника. Ваш папенька проходит под кодовым именем Карабас Барабас, имейте в виду. И это не я его так назвала.