Десять лет

Соня говорила, что они потом еще общались какое-то время.

– Угу, – поддакивает Ленка. – А в начале августа она пропала. Может, слухи не врут, и Крис смогла вырваться из нашего порочного круга? Хотя, с таким-то гонором.

Я ехидно смотрю на Лену и решаю промолчать.

Спустя пару часов мы все еще сидим на моей кухне, изрядно выпившие.

– Как думаешь, а мы с тобой когда-нибудь сможем выбраться? – спрашиваю я.

Ленка пожимает плечами.

– Если в моей жизни появится мужик, который согласится обеспечивать все мои прихоти и перепишет на меня свое имущество, я готова бросить хоть прямо сейчас.

– Ничего у нас аппетиты, – смеюсь я. – Обрабатывай Сергея. Тут у тебя все козыри в руках.

Подруга отмахивается, открывая очередную бутылку розового полусладкого.

– Какие хоть козыри? То, что он в разводе? Ну да, это козырь, – Лена соглашается сама с собой. – Но я ведь не дура. Ему это так, на время, пока не найдет новую девицу. Которая помоложе и резвее, да у которой задница помягче.

Я удивленно смотрю на подругу, не понимая, к чему она клонит.

– Ты молодец, молодец, – повторяет та. – Напокупала квартир по всей стране. Куча вкладов чуть ли не в каждом банке. С голой жопой на улице под сраку лет точно не останешься. А я что? Как ветер в голове гулял, так и гуляет. Столько лет в этом бизнесе, а так ни на что и не насосала.

– Никогда не поздно начать, – заплетающимся языком говорю я.

Лена отрицательно мотает головой и с удивлением смотрит на меня.

– Вот. Завтра езжай в банк и снимай все подчистую, пока он не очухался. Открой новый счет, про который будешь знать только ты, и положи деньги туда. Ювелирку можно сдать в дорогой ломбард. Адрес я тебе дам. Шмотки, если есть чеки, сдаем обратно. Если чеков нет, сдаем в дорогую комиссионку. Адрес я тебе тоже дам. Полученные деньги также кладешь на свой секретный счет.

– Профи, – восхищенно выдыхает подруга.

– Жизнью наученная, – отмахиваюсь я. – Подлей-ка мне.

Лена разливает вино по бокалам.

– Кстати, я тут встретила Машку. Помнишь ее? Стерва такая, с нарощенными волосами и раздутыми губами.

– Не помню, – качаю я головой.

– Ну, Сеня, – Ленка недовольно цокает язычком. – У нее еще виды на твоего Федю были.