Женщина, я не танцую

* * *

Тем временем в приснопамятной тесной кабинке повышенного внимания состоялся весьма странный диалог:

– Воу-воу, какая ты резвая, осторожнее с ним.

– Всегда хотела сделать это в полете.

– Сумасшедшая… м-м-м… так-так, продолжай, мне нравится.

– А так?

– О, да-а-а… Стой, это еще что?

Через короткую паузу, разбавляемую учащенным дыханием и тихими протяжными стонами, прозвучало:

– Штанга… А ты уверен, что именно сейчас хочешь слышать мои ответы?

– Эм, просто неожиданные ощущения. Хотя, знаешь, в этом что-то есть.

Женский смешок перебил настойчивый стук в дверь.

– Вот черт, приспичило же кому-то.

– Подождут! Я еще никогда не была так близка к исполнению своей давней фантазии.

– И то верно. Только давай как-то потрадиционнее разместимся? Там-то у тебя сюрпризов не имеется?

– Так скорее проверь, – провокационно подбодрил томный голос.

– Оу, ого… Это будет непросто.

– Обожаю трудности, с ними гораздо интереснее.

– Ну да, адреналинчик мне в помощь.

– М… а-а-ах, видишь, совсем не страшно. Потрогай ее.

– Детка, да ты огонь, – тихий хриплый мужской шепот, разбавил женские вздохи.

– Тс-с-с, не отвлекайся.

* * *

– Девушка, а девушка, можно с вами познакомиться? – Рядом с Женей на пустующее кресло плюхнулся небритый мужик неопределенной национальности.

Она даже задержалась с ответом, размышляя, что за странная смесь восточного разреза глаз, орлиного носа и бледной, как у Аленкиных вурдалаков, кожи, с которой сливались белесые брови, ресницы и остальная растительность соответственно.

Мужчина принял молчание за положительный ответ и продолжил:

– Меня Иннокентий зовут, можно просто Кеша.

Женя с трудом не расхохоталась, живо вспомнив блудного попугая. Какого черта ему надо? Пусть и с запозданием, но все же ее голову озарила светлая мысль.

– Кеша, – она снова подавила смешок, – проходите мимо, а.

– Ой, какая строгая женщина.

– Меньше минуты назад была девушкой, – машинально заметила Женя и, глядя на похабную ухмылку собеседника, ядовито добавила: – к концу разговора состарюсь и превращусь в бабушку.

– А может?..

– Не может, – отрезала Женя, – не интересует.

Иннокентий повздыхал для приличия, почесал уже явно наметившееся пузцо и убрался восвояси. Женя облегченно вздохнула и с завистью посмотрела на безмятежно дремлющую у иллюминатора пожилую женщину: вот бы тоже с такой легкостью отрубиться и открыть глаза перед посадкой.