Танцующая среди ветров. Книга 2. Любовь

Прикрыла веки, восстанавливая в памяти золотистую трепещущую нить, ощутила ее аромат. На мгновение разгадка забрезжила рядом, светлая мысль, которая все объяснит. В мою реальность ворвался знакомый громкий голос:

– Алиска, хватит дрыхнуть, пора собираться. Скорее покончим с этим делом, мне очень не нравится возня вокруг манускрипта.

Светлая мысль, если она и собиралась появиться, обиженно махнула хвостом и умчалась в неизвестном направлении. Я разочарованно вздохнула и посмотрела на возмутителя спокойствия. Его голова торчала между дверью и косяком и, прищурившись, меня разглядывала.

– Я не сплю. Ты в курсе, что неприлично вламываться в комнату к молодым девушкам ни свет ни заря и смущать их, столь пристально изучая?

– О как! А к немолодым можно? – Альт изобразил великую заинтересованность в данном вопросе.

– И к немолодым нельзя, вообще ни к каким. – Я была непреклонна, но когда его волновало чужое мнение?

– Ну да, а если ей плохо стало? В силу возраста. Ты своей гипертрофированной вежливостью просто-напросто угробишь человека, не оказав ему первую помощь.

Я задумалась, потом возмущенно фыркнула.

– Да ну тебя! Вечно все извратишь. Что за бредовый диалог?

Ниор ухмыльнулся.

– Так вот, заруби себе на носу. Во-первых, я твой учитель, а это как лекарь, ему без разницы, молодая ты там или пожилая. Понимаешь, к чему я веду, да? Заметь, сама напросилась. Во-вторых, ни свет ни заря давно кончились, на дворе полдень.

Мало того, что ввалился в комнату и потревожил мои хрупкие размышления, но еще и сообщил мимоходом, что я для него создание с неопределенной характеристикой.

– Ты бы с камешком своим аккуратнее обращалась. Ящер, конечно, гад, но, поди, не за этим его оставил.

Я резко села и застыла с высунутым языком, который в совершенно детском порыве показала ниору, когда он вышел. Это что сейчас было? Кто-нибудь объяснит, что он имел в виду? От Абигайла я не добьюсь больше ни слова, раз он предпочел бормотать предупреждения, избегая смотреть мне в глаза.

К завтраку я появилась в благодушном расположении духа, и именно к завтраку. Несмотря на слова Альта, его помятый вид и вид зевающего Лиса доказывали – они и сами лишь недавно поднялись с постели.