Марта. За северным ветром

От удивления я приоткрыла рот и захлопала ресницами.

– Что? Как… Как ты догадался?

– Как догадался я, это понятно. А вот почему всё это чувствуешь ты, мне очень хотелось бы выяснить.

Я обхватила себя руками и старалась дышать как можно ровнее. Глеб слегка наклонил голову и вдруг медленно провёл кончиками пальцев по моей руке, от запястья до локтя. Пальцы у него оказались тёплыми, почти горячими. Мне сразу же стало жарко, все сквозняки моментально исчезли. Голова шла кругом, но я понимала, что теперь уже точно отступать глупо.

– Я буду свободна в эту пятницу, после пяти вечера, – решительно сказала я.

– Отлично. Тогда в пять я к тебе зайду.

– Договорились.

– До пятницы, Марта, – произнёс Глеб с обезоруживающей улыбкой.

Вернувшись в наш кабинет, я выпила залпом полбутылки минеральной воды, и попыталась привести мысли в порядок. Пятница через два дня. Так, хорошо. Я побарабанила пальцами по столу, потом повернулась к Маринке. Та сосредоточенно наносила яркий розовый блеск на свои губы, глядя в карманное зеркальце.

– Марин, а пока я в отпуске была, Глеб же заходил к нам сюда?

– Ну да, конечно. Раза два точно, – Марина удивлённо посмотрела на меня.

– Слушай, а вот странный у него одеколон, да? – я невинно улыбалась.

– Странный? Я, честно говоря, вообще не запомнила каким парфюмом он пользуется.

– Ну может это не парфюм, может жвачку он жуёт постоянно. Так ментолом от него несёт, да? – пытаясь сделать безразличный вид, спросила я.

Маринка уже отложила своё зеркало и с недоумением смотрела на меня.

– Ментолом? Марта, ты меня пугаешь. То у тебя сквозняки гуляют, когда духотища у нас тут стоит невозможная, то теперь вот запахи мерещатся.

– То есть, ты ничего этого не чувствуешь? – уточнила я, ощущая себя круглой идиоткой.

– Нет, не чувствую! – Маринка развела руками и покачала головой.

– Ну и ладненько, – подытожила я и ободряюще улыбнулась ей.

До конца рабочего дня Маринка ещё пару раз подозрительно косилась в мою сторону, но потом успокоилась и вроде бы забыла о нашем странном разговоре.

Утро пятницы выдалось мучительным. Накануне вечером я долго не могла уснуть, вертелась в кровати, собирая простынь в неудобные складки, и как результат совершенно не выспалась. Но при этом подскочила раньше будильника и вот уже минут двадцать стояла в глубоком раздумье перед своим открытым шкафом.