Марта. В ритме лунного света

– Значит будем пить чай, – бесстрастно заявил Глеб и включил чайник.

Ни пить, ни есть мне абсолютно не хотелось. А от вида крови ещё и начало подташнивать.

– Слушай, Глеб, я просто не в состоянии сейчас что-то обсуждать и тем более вникать в новые детали. Мне жутко интересно узнать, что именно произошло тогда с моей бабушкой. И уж, конечно, я хочу знать, почему за мной следит Агата, но…

– Ты полностью выдохлась, я вижу. Давай я отнесу тебя в спальню. Поспишь и наберешься сил, а завтра всё обсудим.

– А как же он? – я вопросительно кивнула в сторону ванной комнаты, из которой доносился шум льющейся воды.

– А мы с ним пока поговорим. Он расскажет мне, что ему удалось выведать.

– Ты уверен? Как-то с разговорами у вас не складывается.

– Не переживай. Свен не настолько глуп, чтобы бить меня просто так, да ещё и без свидетелей, – с кривой усмешкой сказал Глеб.

– Ну, не знаю… Правда, и от меня сейчас толку никакого. Ладно, пусть будет по-твоему, – нехотя согласилась я.

Встать самой у меня не получилось, боль вернулась как только я попыталась наступить на ногу. Но уже не такая резкая. Глеб донёс меня до спальни, ещё раз осмотрел мою коленку и помог переодеться.

– Ты ведь останешься сегодня? – спросила я.

– Конечно. Ты же не думаешь, что я оставлю тебя тут одну, пока рядом рыскает Свен.

Мы оба неловко усмехнулись.

– Вряд ли он будет с тобой долго болтать, – заметила я. – Скорее всего у него какой-нибудь ночной или ранний утренний рейс обратно с Стокгольм.

– Он сейчас живёт в Петербурге.

– Вот как? – удивилась я. – А почему?

– Вроде как по рабочим делам его туда отправили. Примерно месяц назад. Подробностей не знаю. Мне самому случайно удалось это узнать, пока разыскивал информацию о Ханне.

– Понятно.

– Тебе что-то ещё принести? Вода здесь у тебя есть?

– Да, всё есть. Спасибо. Извини, что так вышло…

– Не извиняйся. И выспись хорошенько. Если что, зови меня, ладно?

– Да, обязательно.

Глеб наклонился, чтобы поцеловать меня в губы, но едва прикоснувшись ко мне, тут же ойкнул и отстранился.

– Забыл про челюсть, – с глупой улыбкой сообщил он.

– Болит? – посочувствовала я.

– Марта, с тобой у меня ничего не болит. Даже, если я буду помирать от страшных ран, я всё равно про них забуду, как только захочу тебя поцеловать.

Его сильные руки стиснули меня в крепких объятиях, я втянула носом насыщенный аромат ментола и замерла.