Марта. В ритме лунного света

А этого никто не может сделать! – воскликнула Хелли и вдруг запнувшись, добавила чуть тише: – Фактически, ты сильнее любого из нас.

Я поморщилась, словно от приступа головной боли и закрыв лицо руками, пробормотала:

– Вот поверь, я вовсе не мечтаю стать сильнее всех.

– Верю, дорогая, – согласилась Хелли. – Верю.

Мы ещё немного поболтали, доели почти всю черешню и уже спустившись на первый этаж, я вспомнила, что так и не рассказала Хелли историю про своих возможных преследователей. Ну и ладно. Завтра расскажу.

Может, и правда ничего такого нет, а у меня всего навсего развилась банальная мания преследования.

Мужчины к тому времени переместились с улицы в гостиную и сидели в креслах напротив друг друга. Мягкий, рассеянный свет в комнате исходил лишь от небольшого подвесного светильника, плафон которого был выполнен из толстого витражного стекла. И разноцветные, хоть и приглушённые блики ложились причудливыми узорчатыми тенями на пол, стены и даже лица. Роман курил толстую ароматную сигару и внимательно слушал Глеба, который едва слышно что-то ему рассказывал.

Рассказывал, опустив глаза в пол, и нервно потирая пальцы рук. На лице его безошибочно считывался целый спектр эмоций – тревога, надежда, смятение. Богатый набор. Что-то не так? Надо мне наверное поинтересоваться у него? Но как-нибудь потом, сейчас же моя главная задача – добраться до постели и крепко проспать в ней до самого утра.

Глеб увидел меня, улыбнулся, и подойдя, тут же крепко обнял за талию. Заглянул в глаза.

– Устала?

– Устала, объелась черешни, валюсь с ног, и кажется, засыпаю на ходу, – вяло отрапортовала я.

– Вижу. Но где вы черешню отыскали?

– О, Хелли мастерица на сюрпризы.

Уснула я, едва коснувшись подушки. Мне снилась черешня. Огромные, кроваво-коричневые ягоды медленно катились на меня, пачкая своим липким, густым и приторно сладким соком. Когда одна из ягод всё-таки подкатилась слишком близко, я протянула к ней руку, чтобы оттолкнуть, но ягода внезапно взорвалась, окатив меня с головы до ног ярко-бордовой жидкостью.

– Ну и бред, – пробормотала я, проснувшись.

За окном начинался рассвет, ранний и яркий, как это всегда бывает в начале лета. Однако плотные тяжелые шторы не давали свету проникнуть в комнату, оставляя в ней приятный полумрак.

– Снова кошмары? – хриплым голосом спросил Глеб, притягивая меня к себе одной рукой.

– Нет, просто надо меньше есть перед сном, – ответила я, тут же прижимаясь к нему всем телом.