Лисий дом

Лиса привстала и потерлась мордочкой о протянутую руку.

– Ну вот, глупая. Ничего страшного. Возвращайся уже, – сказал он, и я ему поверила.

Моя сущность кубарем вывалилась из Тени в наш мир, а Лиса вернулась обратно в Тень. Я внимательно смотрела на незнакомца, но, помня о правилах приличия, вбитых досточтимой бабушкой, поклонилась и представилась первой.

– Приветствую вас, господин. Да пребудет с вами милость богов. Живите вечно! Я Маленький Цветок. Благодарю вас за проявленное милосердие! Дозвольте узнать, кому я обязана своим спасением? – закончила я свои витиеватые речи.

– Я Золотой Лис из клана Первородных. А ты дитя какой Ветви? – задал он мне отчасти жестокий вопрос.

Формально я не была признана, а отец мой слыл безвестным человеком.

– Моя мать из клана Второй Ветви, господин, – ответила я, с поклоном скрыв покрасневшее лицо.

– Маленький Цветок… красивое имя. Я слышал о тебе, девочка, – неожиданно сказал он.

– Правда, господин?

Удивлению моему не было предела.

– Да, о тебе и о таких, как ты. Это постоянно случается, знаешь ли. Но чаще с человеческими женщинами. Лисицы знают, когда приходит их время, и крайне редко попадают в схожие ситуации. Наверное, твоя мать сильно привязалась к твоему отцу, раз позволила тебе появиться на свет.

Я не знала, что ответить на это, и только еще ниже склонила голову.

Внезапно сильная мозолистая рука приподняла мое лицо за подбородок. Я заглянула в узкие черные глаза, опушенные густыми ресницами. Кожа чистая, лицо овальное, нос прямой, губы узкие, волосы, собранные в узел на макушке, с золотистым блеском. Мужчина был по-своему привлекателен.

Как оказалось, не только я любовалась им.

– Если он был так же красив… я ее отлично понимаю.

* * *

Золотой Лис остановился в нашем доме и задержался в городе до осени.

Это было самое счастливое время за все годы моего сиротливого детства. Девочки не смели больше обижать меня, разве что только если не на глазах у гостя. Они знали, что жаловаться я не буду.

Но это случалось сравнительно редко. Я как привязанная следовала за своим кумиром. Он казался мне средоточием всех добродетелей.