Лисий дом

Волосы она распустила, и они змеились волной по покрывалу. Крупная коралловая шпилька валялась рядом с изголовьем, подле разжавшейся руки.

Она была такой бледной, эта рука, и какой-то иссушенной. А лицо! Щеки запали, овал лица, прежде округлый и упругий, натянулся, как у оголодавшей крестьянки в неурожайный год.

– Госпожа! Госпожа, что с вами? – спросила я и потрясла ее, однако она не ответила.

Схватив женщину за плечи, я помогла ей приподняться, прислушиваясь к тяжелому дыханию и частому сердцебиению.

Я в панике попыталась отстраниться, но шелка прилипли к ладоням, не давая вырваться. С большим трудом я отодрала руки от ткани и обнаружила, что кожу испещрили мелкие треугольные следы-кровоподтеки, как от присосок живого осьминога с рыбного рынка.

В ярости я обернула руки шелковой накидкой и дернула за пояс, сдирая верхнее платье с жертвы. Оно с трудом поддавалось, как приклеенное, и там, где отделялось, виднелись мелкие пятнышки крови, вытекающие сквозь рубашку и почти невидимые на фоне ярко-алой юбки.

Борьба происходила в напряженной тишине. Наконец мне удалось оторвать странное платье от женщины. Я сообразила, что надо позвать господина офицера, который, быть может, не догадывался о происходящем.

Едва я открыла рот, как платье взвилось в воздух, словно внутри был невидимый человек. Шелк растворялся, и проступали очертания гигантского черно-серого, местами полупрозрачного ската, раскинувшего в стороны плавники, сплошь покрытые мелкими точками.

Глаз у этого демона не было, но я отчетливо почувствовала, что всей поверхностью тела он уставился на меня. Вдруг «платье» тонко, на грани слышимости, завизжало и кинулось ко мне.

Остальное произошло настолько быстро, что я и опомниться не успела. Я так испугалась, что скрылась в Тени, а Лиса, появившаяся в покоях, сиганула в сторону.

Платье промахнулось и со всей силы шмякнулось об пол в том месте, где я только что стояла. Лиса вызывающе затявкала, и в комнату на шум ворвался господин офицер с обнаженным мечом.

Выглядел воин не так, как обычно. Лицо немного удлинилось, глаза стали круглее и светлее, как у имперских варваров, а у висков заблестела чешуя. Ноздри расширялись, словно он принюхивался.