Темные боги. Книга 1. Сумеречный город

Если ты член одного из домов, твой статус идет рука об руку с ответственностью; и чтобы сохранить свой статус, каждая семья должна чем-то пожертвовать.

Сила дома Вакара – некромантия, Мардова взращивают могущественных магов, дом Киров – солдат для ополчения, а дом Ластрайдеров – эмиссаров торговли между королевствами.

Во всяком случае, так было до Запечатывания. Теперь, когда природные ресурсы начали истощаться, Ластрайдеры как могли налаживали связи с соседями, чтобы сохранить то немногое, что еще осталось.

У Таисии было такое чувство, будто у нее украли жизнь, где она могла бы перемещаться из королевства в королевство, собирать артефакты, разведывать источники ресурсов, изучать все непонятное и грозящие мирам опасности. Только бы не сидеть без дела. Свобода пойти куда хочешь и делать что хочешь – вот что было для нее главным.

Лишь бы не быть бесполезным, скованным ответственностью перед домом Ластрайдеров запасным игроком.

– Ты азартный и сейчас играешь, и эта игра закончится тем, что тебя причислят к радикалам, – сказала Таисия и сама почувствовала, как вяло и неубедительно это звучит.

Увидев в глазах Таисии отражение своего желания, Данте улыбнулся:

– А ты тоже азартная, хочется поиграть, да?

Таисия снова посмотрела на растертый на полу круг.

Данте не стал бы рисковать из-за какой-то ерунды. Он хотел всеобщего блага и верил в лучшее будущее. А Таисия верила в Данте.

– Да, мог бы и не спрашивать.

II

Риша Вакара просила смерть принять ее, и смерть снова ей отказала.

Тропа не была ни ровной, ни прямой. Она плавно извивалась, как утыканная острыми камнями и блестящими осколками перидота и оникса змея. Вдоль тропы были установлены указатели – воткнутые в землю длинные тонкие кости с красными лентами на концах. Если бы Риша сошла с тропы, она бы потерялась навсегда.

Земля скрипела под подошвами туфель, каждый шаг вызывал всплеск могильного запаха. Вдоль тропы дул холодный ветер, несущий с собой затхлый дух спрятанной глубоко под землей усыпальницы.

Как бы Риша ни старалась, она не могла определить источник этого ветра – все за границами тропы скрывала самая обычная и неподатливая темнота.

Внутри этой темноты клубились неспособные куда-либо переместиться души.

Риша шла столько, сколько могла, столько, сколько ей позволила тропа. И, как это всегда случалось, тропа внезапно оборвалась, превратившись в закрученную спиралью тень, через которую нельзя пройти.