Темная сторона

– Я полагаю, наш новый палач изволит извиниться перед принцем? – сказал рыцарь. А где принц-то? Ой… ёй. Кажется, я догадался. Да и срать!

– Прошу прощения, милорд, я вас не признал, – поклонился я. – Прошу зайти ко мне в гости сегодня к вечеру, дабы принять мои искренние извинения. А для вашего спокойствия можете взять с собой и стражу, и монахов, и няньку. – Я поднял гневный взор.

– Экий нахал, – сказал принц и вернул свой меч в ножны. – Я зайду, не сомневайся. – Он хотел отвернуться, но вспомнил о ведьме.

 – Да, и эту оттащите в храм. Пусть монахи с ней возятся.

Что странно, так это то, что мне никто не препятствовал, а некоторые даже по плечам постукивали. Видимо, принц давно всем на жизнь гадит. Я поднял свою косу и машинально закинул ее за спину. Надо умыться, а то кровь на лице застывать начинает… Пройдя через рынок и редкие рабочие лавки, я купил немного продуктов под праздник. В таверне купил напитков на любой вкус, ну как купил – взял за счет Короны. Корона изволит пить – Корона платит.

Дома меня дожидался ворон, что с остервенением долбил на полу бутылку с вином. Хитрый какой, сам хотел напиться, а меня не позвал?

До самого вечера я занимался домом и своим лицом. Что ни говори, а помял мне его принц знатно. Ухо, глаз, щека и шея ныли от полученных травм. И вот он долгожданный стук в дверь. Я поправил свой наряд и открыл ее.

– Неужто исчадие зла получил по своей милой роже?

– Рон, ты чего тут делаешь? Свет тебя дери!

Монах по-хозяйски вошел внутрь.

– Я слышал, ты переезжаешь, вот решил зайти, расспросить, куда мне ходить впредь.

– А то, что я принцу морду разбил, ты не слышал?

Монах замер прямо у стола.

– Что… что ты сделал? Тир всемогущий, что же теперь делать? – монах натурально забегал по комнате. – Где же мне теперь пить? И с кем?

– Шут гороховый, – я хлопнул дверью. – Хоть бы вид сделал, что тебе не все равно.

– Ты издеваешься?! Я только нашел место, где мне всегда рады. Я только-только начал хорошо кушать, а ты свою голову под собственный топор суешь.

С ума сошел? Принц он же не от мира сего! Знаешь, каким он был ребенком? Да вся церковь ходуном ходила, когда он войну с демонами там затеивал и грязью в стены кидался. У меня до сих пор мозоли от тряпки не зажили. – Монах протянул мне чистые изнеженные руки.

– Ага, представь, что я поверил. – Я открыл дверь, дабы монах ушел, но вместо этого в дом зашел Борис. Нормально так зашел, как король – пешком и с высоко поднятой головой.