Шепард. Начало

– Ты понимаешь, что ты здесь не просто так, и… – но договорить он не смог, поскольку был перебит.

– Да уж, твой кортеж из ласковых прислужников доходчиво всё объяснил, – потирая свои запястья, на которых красовались следы от мужских рук, снова взглянула на своего визави. – Обучи их манерам, Михаэль.

– Сейчас речь не об этом, но прошу простить их, они новички, – ответил итальянец в свое оправдание. – Что ты делаешь здесь, в Тоскане?

– Мы перешли к допросу? – от меня снова следует издевательская насмешка вместо адекватного ответа.

– Да.

– Занимаюсь своими делами, хотела купить виноградник.

Восседая на стуле с идеально ровной спиной, скрестила руки на своей груди, внимательно разглядывая мужчину. В последний раз я видела его пару лет назад, когда просила его о помощи, но была отвергнута им и его семьёй.

Сын лучшего друга моего отца, обещавший мне кров и помощь в любое время, вышвырнул меня, стоило переступить порог его дома. Это не забылось.

Он заметно нервничал и переживал, то и дело, дергая под столом своей ногой и активно жестикулируя своими руками во время разговора.

– Два убийства, Моника. Два. И это за последние 2 недели, – он начинал нервничать всё больше, от чего вена на его виске вздулась ещё сильнее. – Наших людей убивают. И чудесным образом всё совпадает с твоим приездом.

– Подозреваешь меня? – иронично улыбаясь, встаю с места и огибая стол, становлюсь позади мужчины.

Стоит опустить свои руки ему на плечи, как ощущаю всё его напряжение.

Он сидит неподвижно, пытаясь сохранить свое хладнокровие, но сердце выдаёт его с потрохами. Проводя левой рукой от плеча вниз, до самой груди, останавливаюсь и чувствую, как колотится сердце итальянца.

– Я говорила, что я буду мстить всем. В отличии от вас, я следую законам, – томно прошептав, слегка прикусываю мочку его уха, а затем целую в щеку, которая покрыта трехдневной щетиной.

– Они ни в чём не виноваты, Моника… – он закрывает глаза и нервно сглатывает, когда я своими ногтями провожу по его шее, доводя до мурашек. – Вендетта – это кровная месть, только вот главного виновного ты почему-то не тронула.

В мгновение рука слегка сжалась на его горле, а глаза наполнились яростью и злостью. Желание его придушить прямо здесь и сейчас становилось все больше и больше, особенно когда он не предпринял ни единой попытки сопротивляться.