Всего один поцелуй

Черно-белая маска, которую она купила во время своей поездки в Париж на прошлой неделе, прекрасно сочеталась с ее ярко-красной губной помадой. Ее непослушные волосы были собраны в высокий узел, из которого выбивалось несколько тонких завитков. Черно-красное бальное платье с облегающим корсажем без бретелек и свободной юбкой с разрезом до бедра подчеркивало ее фигуру в форме песочных часов. Ее рост составлял всего пять футов два дюйма, и туфли на десятидюймовых каблуках придавали ей уверенности.

Когда перед балом Элени посмотрелась в зеркало в полный рост, она была приятно поражена.

Элени продолжила идти по залу, любуясь роскошным интерьером отеля.

До недавнего времени это был особняк Викторианской эпохи с вышедшим из строя водопроводом и осыпающейся штукатуркой, но за три месяца компания «Маркес холдингз инкорпорейшн» превратила его в отель мирового уровня, где останавливались состоятельные люди, вкладывающие средства в развитие Дракоса.

Габриель Маркес, безжалостный магнат, разбогатевший на операциях с недвижимостью, уже три месяца жил в Дракосе по приглашению Никандроса и лично следил за тем, чтобы его инвестиции были правильно распределены и использованы по назначению.

Благодаря строительству казино, морских и горнолыжных курортов, а также гоночной трассы мирового уровня карта страны стремительно менялась.

Элени ни за что не поверила бы, что старый особняк может так преобразиться, если бы сама не побывала в нем почти год назад.

Выйдя на балкон, она положила руки на балюстраду и посмотрела на безлюдный сад внизу. В воздухе витал аромат роз. Часы на старинной церкви на главной площади города пробили полночь. Сделав глоток холодного шампанского, она громко вздохнула. Это был звук, вышедший из глубины ее души.

– Почему вы так тяжело вздыхаете, querida?[1 - Дорогая (исп.

От глубокого мужского голоса по спине Элени пробежала дрожь, а ее пульс участился. Отпустив балюстраду, она повернулась:

– Я сейчас уйду. Я не хотела вам помешать.

– Останьтесь, – произнес мужчина тоном, не терпящим возражений.

Возмущенная, Элени застыла, как статуя. Даже ее властный, требовательный отец никогда ею так не командовал.

– Прошу прощения?

– Останьтесь и составьте мне компанию, – сказал он, проигнорировав ее резковатый тон.