Свет твоей любви

 – В нашем бизнесе нет другого человека со столь запятнанной репутацией. И что бы вас ни связывало, тебе лучше порвать с ним. Пока твой дружок не зашел слишком далеко.

Лицо Клио походило на белую маску.

– Я тебе не верю. Да, Джексон бывает груб, но…

– Или ты поглупела со временем, или боишься смотреть правде в глаза.

Стефано кипел от злости, ведь Клио поставила его на одну ступень с Джексоном Смитом. Вероятно, она и впрямь изменилась не в лучшую сторону, раз не хочет признать очевидное. Стефано продолжал:

– Думаю, не на такое будущее ты рассчитывала, отказываясь от состояния и статуса своих родителей.

Что-то мелькнуло в глазах Клио. Что-то, что не позволило Стефано развернуться и уйти, как бы он ни хотел. Да, вместо злости он прочитал в ее взгляде обиду. И в эту секунду тугой узел вновь затянулся в его груди. Теперь перед ним снова стояла Клио, которую он когда-то знал.

– Ты ведь не думаешь так, правда? – спросила Клио.

– Двенадцать лет – большой срок. За это время ты могла стать такой же, как большинство знакомых мне женщин.

– А ты, должно быть, стал отпетым негодяем, раз говоришь мне такое.

Ее слова рокотали, как волны о скалы. Не был ли его вывод слишком опрометчивым? Глядя сейчас в ее глаза, Стефано видел все ту же Клио, что и двенадцать лет назад. Нет, не просто так она отказалась от состояния родителей.

– Нам больше не о чем разговаривать, – заключила Клио.

Было похоже, что она загнана в угол и не видит выхода. И Стефано знал, что будет корить себя, если позволит ей уйти вот так.

– Клио, если ты попала в беду, просто скажи мне об этом, – в очередной раз предложил он. – И скажи наконец, что тебя с ним связывает?

Клио гордо вскинула подбородок, словно готовясь к нападению.

– Я уже пять лет на него работаю. Он предложил мне работу, когда никто не хотел меня брать. Это он научил меня, как обходиться в Нью-Йорке, когда я была готова вернуться в Англию с позором на лице. Поэтому мне хочется верить, что ты ошибаешься. – И вдруг ее голос дрогнул. – Потому что мы с Джексоном скоро поженимся.

– Что?

Стефано стиснул зубы – все его опасения подтвердились.