Пленительная невинность

– Значит, трепет ваших уст и сорвавшиеся с них чувственные стоны были лишь притворством? – Похоже, в его голосе прозвучало разочарование.

Пия вздохнула.

– Виной всему лишь гормоны. Только когда вы рядом со мной, они… – она пожала плечами, – они выходят из-под контроля.

– Можете звать меня просто Рафаэль.

– В этом нет необходимости.

Он поставил бутылку и стаканы на столик, затем сел в шезлонг, уперся локтями в колени и снова прошил Пию пристальным взглядом.

– Почему? Потому что вы собираетесь и впредь убегать от меня, едва я попытаюсь к вам приблизиться?

– Меня впечатляет, насколько вы богатый и могущественный человек.

Вы возглавляете транснациональный автомобильный концерн, управляете финансами не только Джио, но и ваших родителей, а также своих многочисленных кузенов. Ну а я, со своей стороны, собираюсь потратить это лето на то, чтобы лучше познакомиться с Джио. Я согласилась присутствовать на балу лишь потому, что он много значит для дедушки. Так что шансы, что я еще хоть раз встречусь с вами, невелики.

– А что вы будете делать, когда лето закончится? – спросил Рафаэль.

– Мне не хотелось бы обсуждать эту тему. Нынешнее лето для меня – всего лишь время отпуска. Ведь когда я ехала сюда, даже не знала, поверит ли мне Джио. А у меня, между прочим, есть своя жизнь – далеко отсюда.

– А Джио в курсе ваших планов?

– Нет, – ответила Пия, начиная терять терпение, и тихо спросила: – Почему вы так на меня смотрите?

– Вы сейчас совсем не такая, какой были на балу, словно совсем другая женщина.

– Весь вечер я боялась пролить что-нибудь на свое дорогущее платье, ведь у меня есть привычка попадать в еще худшие переделки, чем мои ученики. Мне было некомфортно в контактных линзах, которые я обычно не ношу, и в макияже, напоминающем боевую раскраску. А эта сложная прическа… Наконец, мои волосы снова лежат, как им удобно, – Пия коснулась уже почти подсохшей пряди своих вьющихся волос.

– Вы сказали, ваши ученики?

– Я преподаю физику пятиклассникам.

Во взгляде Рафаэля мелькнуло удивление. Он всмотрелся в ее мокрое лицо, задержав взгляд на губах Пии, а затем – на ее плечах.

– Учительница начальной школы? Вы начинаете вызывать у меня любопытство. А это редкий случай.

Пия удивленно воззрилась на Рафаэля, не веря своим ушам.

– Почему вы так настроены против меня?

Лунный свет ласкал его смуглую шею и мускулистую грудь. Рафаэль наклонил голову, и дьявольская усмешка искривила его губы.