Ночь любви или развод

Ли схватилась за дверную ручку, чтобы предотвратить падение. Ей хотелось закричать во весь голос в знак протеста, но сил у нее хватило лишь на жалкий тихий стон.

Этот мужчина никогда не простит ни ей, ни себе смерть Калисты и будет продолжать наказывать их обоих всю оставшуюся жизнь. Стать его женой в прямом смысле этого слова… О боже! Одна только мысль об этом приводила ее в ужас.

– Когда я пришла к тебе сегодня, меня не волновало то, что все эти годы я прожила в одиночестве, что потеряла всех друзей.

На лице Ставроса дрогнул мускул, но он по-прежнему выглядел непробиваемой скалой.

– Адвокаты стоят денег.

Его покровительственный тон выводил ее из себя.

– Я продам себя в рабство, если понадобится. В течение недели я съеду с квартиры и уволюсь из дома мод. И как только выйду отсюда, сразу же позвоню Филиппу и сообщу ему о своих намерениях.

Ставрос встал на ее пути, мешая ей пройти к выходу.

– Я тебе не враг.

Ли мысленно стала перебирать всевозможные планы побега.

– Нет? Что-то не похоже. Если твои амбалы притронутся ко мне хоть пальцем, то я немедленно пойду к журналистам и расскажу им, как ты обращался со мной все это время. Уверена, они будут рады узнать, что святой мистер Спорадес не кто иной, как жестокий садист.

– Мне плевать, что обо мне напишут в прессе.

– И конечно, они снова примутся смаковать детали той роковой ночи, когда погибла Калиста.

Если раньше его глаза горели огнем злости, то теперь там поселилась черная ненависть. Но Ли это не волновало, потому что она чувствовала то же самое по отношению к нему. Хотя ей было ужасно неприятно и стыдно угрожать ему.

– Если Джианис узнает об этом… – На виске Ставроса бешено пульсировала вена, а руки сжались в кулаки. – Этот человек сделал для тебя так много, и, если имя Катракисов изваляют в грязи, его это просто убьет. И мои бабушка и дедушка… Они не перенесут напоминания о смерти Калисты.

– Ну, ты же знаешь, что мне плевать на всех, кроме себя самой, правда? – Ли решилась на блеф.

Угрызения совести разрывали ее на части, но ей не оставалось иного выбора.

– Если ты не хочешь, чтобы семьи Катракисов и Спорадесов стали сенсацией мировых таблоидов, то согласишься на мою просьбу. – Она выдавила из себя улыбку и открыла дверь, бросив на него невозмутимый взгляд. Теперь Ли стало по-настоящему страшно.