Экстрасенсы

– Кто «мы»? – не понял Патрик. – О чем вы, Ксанф?

– Скоро все поймешь, – засмеялся алхимик. – Только, к сожалению, мои полномочия на этом заканчиваются. Наш друг и покровитель Симон разрешил мне заняться лишь твоим лечением, а вот твое обучение он оставил себе. Это, конечно, не очень справедливо, – Ксанф вздохнул. – Но, с другой стороны, тебе, паренек, несказанно повезло – учиться у самого великого Симона!

– Чему учиться, Ксанф? – воскликнул юноша, тысячи вопросов, толкаясь и теснясь, вихрем кружили в его голове.

 – Если вы действительно мой друг, расскажите, куда я попал, для чего я здесь, чего от меня хотят?

– Тихо, тихо, не шуми, – с улыбкой проговорил Ксанф, – скоро все узнаешь. Я отведу тебя к Симону, и он все сам тебе объяснит. Но прежде тебе надо одеться, позавтракать, умыться. То, что тебе предстоит узнать, надо воспринимать с холодным рассудком и в достойном виде. Симон прислал тебе несколько костюмов, выбери по своему вкусу.

Ксанф показал на изысканный резной шкаф в стиле барокко, стоящий в углу комнаты.

Без особой радости, но движимый любопытством, Патрикий подошел к шкафу и открыл его. Патрик невольно отступил назад. Нет, конечно, родители ему тоже покупали хорошие вещи, но то, что увидел сейчас Патрикий Александрович Раменский, не шло ни в какое сравнение с тем гардеробом, который имелся у него дома. Вещи, присланные Симоном, были достойны королевского приема. Только самые лучшие модельеры, знаменитые бренды, натуральные ткани. Патрикий не был модником, но даже он восхитился увиденным.

– Они все твои, – сказал Ксанф. – Верхняя одежда пока не готова, слишком большой заказ. Но через пару дней пришлют куртки, пальто, шляпы, костюмы, повседневные и для верховой езды, и прочее, необходимое для твоей будущей жизни.

Сердце Патрикия испуганно сжалось.

– Какой будущей жизни? – сдавленным голосом спросил он. – Кто он, ваш Симон?

Ксанф расхохотался.

– Ой, насмешил меня, мальчуган! Давно я так не веселился! Ты решил, что этот Симон, о котором ты слышишь по несколько раз на дню, некий сумасшедший извращенец, который неравнодушен к невинным юнцам, и тебе уготована участь стать одной из игрушек развратного богача?

Патрикий виновато опустил голову.

– Да, – тихо сказал он. – Передайте вашему другу, что я очень благодарен ему за спасение и лечение, но я не смогу разделить его взгляды. Пусть он выпишет счет, я и мои родители, мы все оплатим вам и господину Симону.

Ксанфа просто разбирал смех.