Загадки Сфинкса

Арнольд Карлович еще раз напоил юношу лекарством и положил холодный компресс на лоб. Постепенно Эрик затих, его дыхание сделалось ровнее. Секретарь тихонько сел у окна, чтобы при свете белой майской ночи почитать газету. Однако этой ночи не суждено было стать спокойной. Не прошло и часа, как явился Измайлов. Арнольд Карлович вышел к следователю.

– Да вы сошли с ума, – возмутился секретарь, – посмотрите на часы!

– Некогда смотреть, – энергично сказал следователь, – давайте сюда вашего хозяина.

– Степан Федорович только что лег спать, у него был тяжелый день! – шепотом, чтобы никого не разбудить, воскликнул секретарь.

– А я еще и не ложился, и у меня будет не менее тяжелая ночь и утро, а если не повезет, то и весь завтрашний день. Ваш шеф такого наработал, что и за год не разгрести. Статья светит вашему разлюбезному Степану Федоровичу.

Арнольд Карлович покраснел от возмущения, он не переносил, когда оскорбляли его хозяина. В это время на пороге гостиной, где происходил разговор Измайлова и секретаря, появился Степан Федорович.

– Я вас слушаю, Анатолий Петрович, – сказал Инкс, показывая на кресло.

Измайлов, поморщившись, сел в ажурный антикварный предмет мебели.

– Я вам еще нужен? – спросил Штиглиц хозяина.

– Нет, мой друг, возвращайтесь к Эрику. Как юноша себя чувствует?

– С ним все в порядке.

– Когда я закончу здесь, я приду вас сменить.

– Можете не торопиться, Эрик не доставляет мне хлопот.

Арнольд Карлович ушел; Инкс повернулся к Измайлову, который с любопытством следил за церемонным разговором хозяина и его секретаря.

– Итак, – отвлек следователя Степан Федорович.

– Да, – встряхнулся Измайлов, – вот об этом мальчике, а речь я так понимаю, у вас шла, о сыне археолога Проклова?

Инкс кивнул.

– Вот о нем я и хочу поговорить. И не только о нем.

– Я вас слушаю.

– Почему вы отказались от медицинской помощи для Эрика Проклова?

– Я не отказывался. Если вы внимательно слушали мою беседу с секретарем, то поняли, что юношу лечат, и он сейчас на пути к выздоровлению. Я сам занимаюсь его лечением, так как знаю и умею. Чего не могу сказать о наших врачах.