Повелитель магии

Роберт Шельдман чувствовал, что не может сердиться на этого ребенка-переростка.

– Очень понравится, – фыркнул Шельдман. – Еще не хватало, консультант делового человека разрисован, как туземец! Нам с тобой бывать в обществе, иногда даже самом высшем, а тут среди джентльменов появится джентльмен удачи. Ну, пока в костюме, то – пускай, но, если придется снять пиджак? Будем мы с тобой на яхте у моих партнеров или в жаркой стране. Вот позору-то не оберемся, журналисты первые атакуют меня вопросами, где я познакомился с этим пиратом.

Симон готов был расплакаться.

– Мистер Шельдман, простите, я не хотел ничего плохого. Мне казалось, что это так красиво.

– Казалось, а оказалось! Ладно, чего теперь делать, ходи таким. Но я поговорю с мистером Нармером и спрошу, можно ли эту проблему как-то решить.

– Мистер Шельдман, – заволновался Симон, – мистер Нармер не виноват! Это я сам все придумал.

– Даже не сомневаюсь, что татушка – твоя идея. Нармер – серьезный ответственный человек, у него нет в голове всякой ерунды.

Симон уныло побрел в столовую. Шельдман вернулся в свой кабинет и позвонил главе иерофантов.

– Мистер Нармер, – сказал Шельдман, – не могли бы вы сейчас приехать к нам?

– Могу. У вас что-то случилось, мистер Шельдман?

– Почти. Симон просто огорошил меня сегодня, сделал себе татуировку да еще на видном месте, на руке.

Гомерический смех был ответом на возмущения миллиардера.

– Вам смешно? – обиделся Шельдман. – Посмотрел бы я на вас, если бы ваш помощник разрисовал себя, как дикарь!

– У нас много татуированных, – сквозь смех проговорил экстрасенс, – мы не делаем из этого проблему.

– Да, вы, волшебники, можете ходить, как пожелаете. Но Симу предстоит бывать в деловых кругах, как ему теперь являться в общество, с татуировкой, словно он сбежал из мест заключения?

– Да нормально, – Нармер перестал смеяться.

– И все же, не хотелось бы, чтобы Сим превращал себя в ходячую выставку живописи.

– Я предупреждал вас, мистер Шельдман, что с мальчиком будут сложности. Повторяю свое предложение, Братство может забрать Симона к себе.

– Нет, это исключается! – жестко проговорил Шельдман. – Симон будет со мной, а с трудностями воспитания я справлюсь.