Судьба Хеопса

Верховный жрец Ра несколько минут внимательно смотрел на что-то бормочущую Реджедет, потом осторожно снял бусы и тихо покинул беседку. С ожерельем Мелонис пришел к Анукет.

– Не губи свою дочь, – строго проговорил он, протягивая дурманящее украшение женщине.

Анукет дико сверкнула глазами на жреца.

– Я не понимаю тебя, чужеземец, – сказала она.

– Ты все понимаешь, – усмехнулся Мелонис. – Ты пропитала свои бусы опьяняющим зельем, чтобы несчастная Реджедет, окутанная грезами, отдалась не тому, кого любит.

Но твои уловки напрасны. Оставь дочь в покое, иначе произойдет непоправимая беда. Или тебе еще твоя покровительница из Дуата не сказала, что у Реджедет нет судьбы с Хеопсом?

– Ты непозволительно много знаешь, – прошипела Анукет.

Мелонис заметил, что руки у старой танцовщицы задрожали.

– Я не выдам этот твой секрет, – сказал жрец, – но держись подальше от Хеопса, и пусть Реджедет сама выбирает себе возлюбленного.

Мелонис ушел. Анукет тряслась в бессильной злобе.

Реджедет проспала в беседке до самого вечера.

Уже солнце опускалось за горизонт, когда девушка открыла глаза. Она с удивлением оглянулась вокруг, потом провела по груди, но ожерелья не обнаружила. Девушка печально вздохнула. Однако тут же ее глаза вновь повеселели. К беседке шел Хемиунис. Танцовщица выпорхнула ему навстречу.

– Любимая, – воскликнул юноша, – я весь день был так занят! Хеопс планирует большое строительство, и у нас с Аменемхатом много работы. Я только недавно смог освободиться и сразу пошел тебя искать.

Мелонис сказал, что видел тебя здесь.

– Мне приснился такой странный сон, – проговорила Реджедет, обнимая Хемиуниса, – что будто мама одобрила нашу любовь и даже подарила мне свое ожерелье – талисман. А потом пришел ты и стал говорить жестокие вещи, что женат и вовсе не любишь меня. Это правда? – девушка испуганно смотрела в глаза молодого архитектора.

– Тебе приснился кошмар, моя ласточка. Я не женат и в моем сердце есть только ты. Успокойся, мой свет, и забудь этот сон.

Я буду защищать тебя от всех ужасов дня и ночи.

Становилось прохладно. Архитектор снял свой греческий плащ и заботливо накинул его на смуглые плечи хрупкой Реджедет.

Глава 14

Хранители царской власти

Анукет, кипя обидой и злобой, пришла в мастерскую к Аменемхату.

– Я хочу поговорить с тобой, – сказала она.

Аменемхат махнул рукой, и все покинули помещение. Главный архитектор остался со старинной приятельницей наедине.