Путь чернокнижника

– Да, мистер Синклер, – генерал остановился и вернулся к постели Ксаверия.

– Вы хромаете, сэр, – сказал Ксаверий, – гниет кость голени. Остеомиелит?

– Да, мистер Синклер, – генерал на миг смутился. – Но откуда вы знаете про мою болезнь? Купер насплетничал?

– Нет, я сам определил, – сказал Ксаверий, он встал и подошел к генералу, который с нескрываемым интересом смотрел на этого дерзкого человека, бросающего ему вызов. – Пуля прошла навылет и пробила кость, – продолжил юноша, – но рана не затягивается, она кровоточит, поражение перешло на костные ткани.

– Откуда у вас такая информация, мистер Синклер? – с угрозой спросил генерал. – Сведения о моем здоровье охраняются особо тщательно. На кого вы работаете?

– Ни на кого, сэр, я врач, такое от меня не скрыть. Я хочу, я могу вам помочь. Вас лечили антибиотиками?

Джейсон устало сел на стул.

– Тонны антибиотиков, – тихо проговорил он, – но никакого толку. Мне провели операцию, ставил какие-то штыри и спицы, но стало только хуже. Купер говорит, что, если в ближайшее время не наступит улучшения, придется делать ампутацию.

Моя военная карьера будет завершена. Я стану жалким калекой, если вообще выживу.

– Позвольте, я осмотрю, – сказал Ксаверий.

На генерала смотрели внимательные темно-синие глаза, глаза мудреца и аскета.

– А почему бы и нет? Я уже ничего не теряю. Вы можете пройти со мной?

– Да, – Ксаверий поверх пижамы накинул застиранный полосатый халат, который ему выдали доблестные американские военные.

Джейсон привел русского врача в свой кабинет, здесь он показал ранение Ксаверию.

Ксаверий размотал промокший бинт, скрывающий страшную гниющую рану.

– Местный климат меня доконал, – вздохнул Джейсон.

– С природой надо жить в согласии, – сказал Ксаверий. – Я приготовлю вам мазь, которая снимет воспаление и заживит кости и ткани.

– Ну, если вам удастся вылечить меня, мистер Синклер, я навечно ваш должник.

– Не надо никакого долга, сэр, только очень прошу вас, заберите из леса тела моих павших товарищей.

Я не хочу, чтобы и после смерти они подвергались поруганию. Я сообщу рецепты вашему врачу, мистеру Куперу. Он будет сам наблюдать, как и что я делаю. И если вы не против, я немедленно готов приступить к лечению.

– А у вас есть силы заниматься мной, мистер Синклер?

– Да, я почти в порядке.

– А ваш голос?

– Он уже не вернется ко мне. Тропическая лихорадка дала свои осложнения. Ну так вы согласны, чтобы я занялся вашей раной, сэр?

– Да, мистер Синклер.