Чернокнижник

– Мы поехали, мистер Нармер, благодарим за прием и праздник, – сказал Симон.

Глава иерофантов обнял ученика.

– Доброго пути, Симон. Передавай привет и самые добрые пожелания мистеру Шельдману.

– Это обязательно, мистер Нармер.

Нармер протянул руку Ксаверию.

– Брат Ксанф, мы все очень рады, что вы влились в наши ряды! Приходите к нам, не забывайте!

– И я очень рад, что познакомился с вами и вашим замечательным братством. – Ксаверий пожал руку главе жрецов. – Обязательно приду! Интересно у вас тут, хорошо.

Симон и Ксанф вышли из здания Братства, Нармер проводил их до дверей. Экстрасенсы сели в машину, безмолвный человек в очках занял место за рулем «феррари». Машина плавно и быстро полетела по улицам ночного города.

Глава 3. Предубеждение мистера Шельдмана

Было 5 часов утра. Роберт Шельдман так и не ложился спать, он сидел в гостиной и нервно то раскрывал, то закрывал газету. Но не мог сосредоточиться на чтении. Ральфсон зашел к шефу.

– Мистер Шельдман, какие будут распоряжения?

– Никаких, Ральфсон, вы можете еще отдохнуть.

– Сэр, мне хватает трех-четырех часов сна.

– Вы очень дисциплинированный человек, и ответственный, мистер Ральфсон, к сожалению, не все из моего окружения обладают этими качествами. Идите же, я позову вас позже.

Ральфсон не торопился уходить, было видно, что он хочет о чем-то спросить босса.

– У вас еще что-то ко мне? – осведомился Шельдман.

– Мистер Шельдман, – смущаясь, спросил секретарь, – а мистер Меровинг уже вернулся?

– Нет, мистер Меровинг еще не возвращался, – холодно проговорил Шельдман, – но он звонил и сообщил, что находится у Нармера.

– Но это же хорошо! – воскликнул Ральфсон, секретарь тут же осекся. – Простите, сэр, что я лезу не в свое дело. Но, поверьте, я очень волнуюсь за мистера Меровинга. Он такой особенный.

Шельдман взял лежащую рядом сигару, но, едва закурил, как тут же резко погасил ее о край пепельницы.

– Все сигары стали отвратительными! – с возмущением проговорил он. – Пора менять поставщика… Мистер Меровинг – величайший экстрасенс, но он добр. Этот дикий человек разжалобил Симона историями про свое бедное житье, и Симон, по доброте и чистоте душевной, сделал его своим другом. Симон попал в дурную компанию! Я не знаю, как вырвать Симона из лап этого прохвоста Синклера.