Мой любимый вожатый

Я тут же привстала на цыпочки и в дружеском жесте перекинула руку ему через плечо, полностью аннулировав дерзкий подкат. Всем весом повисла на парне и отшутилась:

– Да без вопросов! Можем и Буч с собой на пляж прихватить. Будем втроем после купания гулять.

Костя вымученно вздохнул, а Буч не растерялась и похлопала друга по плечу, которое заметно накренилось под моим весом:

– На страже твоей девственности, Костян, – отсалютовала девушка, и мы с ней рассмеялись.

– Зря угораете. Все равно купание только по расписанию и с разрешения руководства, – с досадой выдохнул лагерный журналист, – и плевать, что мы персонал.

Его рука на моей талии ослабла, и Костя меня отпустил. Я тоже прекратила виснуть на нем и отошла в сторону.

После его слов мы втроем притихли и хмуро насупились. День обещал быть очень жарким: солнце, несмотря на раннее утро, уже припекало макушку. От летнего зноя спасал только ветерок, что лениво раскачивал зелень пальм.

Грустно в такую погоду сидеть в штабе, долбить по клавиатуре или заниматься обработкой фотографий.

Но иначе никак, это Надежда Викторовна дала мне понять сполна: без разрешения на пляж ни шагу! И ослушаться не выйдет – всюду предательские камеры. Получать новый выговор меня совсем не манило, да и ребята моим опытом уже научены, так что к морю без команды свыше никто не пойдет.

Остаток пути добирались в молчании, слушая щебет пробудившихся птиц и песню ветра, гуляющего в кронах кипарисов. Чем ближе мы подходили к столовой, тем оживленней становился лагерь.

Детей подвозили на автобусах, а тех, кто жил в ближайших отрядах, приводили строем.

Все стягивались к зданию, будто выстроенному из стекла. Ребятня скандировала кричалки, дожидаясь своей очереди войти. Вожатые руководили процессом и подбадривали отряды.

Я цепким взглядом изучила площадь, внимательно осмотрев каждого вожатого, но Дениса среди наставников не нашла. Не смогла сдержать разочарованный вздох, но все же не отпустила надежду встретиться с парнем и поскорее вернуть должок.

Поэтому, пока мы с Костей и Буч шли через площадь, а потом поднимались по лестнице, я не переставала крутить головой и озираться по сторонам.

– Дениса ищешь? – шепнула на ухо Буч, когда мы вошли в столовую. Мне показалось, ее голос сочился издевкой.

– Вообще-то, я ищу раковины. Надо руки помыть, – с наигранным безразличием пожала плечами я и огляделась. Мое лицо тут же вытянулось от удивления, а глаза заблестели в почти детском восторге.