Театр кошмаров

Поперек носа – запекшаяся темно-бордовая царапина, неумело заклеенная желтым пластырем. Светлые волосы взлохмачены, тонкие руки, висящие вдоль туловища, крупно дрожат. Но хуже всего – взгляд, усталый и пустой, проходящий будто сквозь тебя.

– Дарен, – борясь с самим собой, выдавил Каспер, но тут же запнулся. Слова не шли, терялись в паутине сомнений и страхов, а Касперу оставалось только глупо кусать губу и топтаться с ноги на ногу.

Зачем он пришел? Что надеялся увидеть?! И что будет делать теперь?.

– Я пришел не ради Тобиаса, – выпалил он, почему-то решив, что это важно.

Вдруг Дарен решит, что Каспера заслали выведать, где живет тихоня? Но он здесь не ради свиты, а ради себя.

Будто услышав эти мысли, Дарен нервно хохотнул. Этот тихий звук больше походил на всхлип, особенно в сочетании с разбитым лицом и ничего не выражающим взглядом. Кожу Каспера усеяли липкие мурашки.

– Послушай, я не вру. Тебе не стоит меня бояться…

Договорить Каспер не успел. Он отшатнулся, когда Дарен вновь засмеялся, на этот раз громко и истерично.

Кровь Каспера превратилась в жидкий азот. Она холодила вены, мороз щупальцами полз к сердцу. Оно билось часто-часто, словно надеялось вырваться из груди, лишь бы не угодить в когтистые лапы леденящего ужаса.

– Если ты считаешь, что я боюсь тебя или свиту, то ты ничего не знаешь о страхе, – пугающе серьезно проговорил Дарен и поджал губы, пытаясь скрыть их дрожь.

Каспер не понимал, о чем говорит Йоркер, но от его слов внутри все сжалось в тугой комок.

– Тогда почему ты так долго не открывал мне? Я несколько минут долбился в дверь!

– Я не слышал, – Дарен пожал плечами, даже не глянув на гостя. – Из-за музыки.

Глаза Каспера округлились, рот беззвучно открылся. Музыка? Он ничего не слышал, кроме гробовой тишины заброшенного здания. Может, она играла у Дарена в наушниках?

Йоркер заметил недоуменный взгляд Каспера.

– Хочешь сказать, ты ее не слышал? – безумная улыбка больше не играла на бледных губах, а глаза перестали походить на безжизненное стекло. Дарен смотрел выжидающе, и в его взгляде читалась немая мольба и надежда. Но на что?

Каспер почувствовал, как вдоль позвоночника скатилась холодная капелька пота. Он выпрямился и попятился на шаг, хотя мечтал убраться прямо сейчас и как можно дальше. Странный дом, странный Йо.