Театр кошмаров

Они давно были больше, чем друзья, но меньше, чем пара. Ааррон знал Ронду как облупленную, но отказывался видеть очевидное – она не хотела отношений.

Сначала это было простое подростковое смущение перед ровесниками и родственниками. Оно-то и послужило причиной, по которой Ронда отдалилась от Ааррона в выпускном классе. Они все еще общались, но перестали встречаться после занятий, ходить в кино и друг к другу в гости. Ронда бегала от Ааррона, пока он пытался удержать последнюю связывающую их ниточку. Но та лопнула, когда трагедия перевернула жизнь Ронды.

Смерть родителей заставила ее замкнуться и сбежать от всего, что связывало с утерянным счастьем. Школьные друзья, мечты, прошлая Ронда – все отошло на второй план.

– Тебе нужна помощь. Ты зациклилась на контроле, – словно прочитав мысли Ронды и вдруг посерьезнев, сказал Ааррон то, что всегда сидело в ее голове. – Думаешь, я не понимаю, почему ты взялась за это дело, которое тебе никто не поручал?

«Я хочу сделать мир лучше. Безопаснее. Я должна осуществить это ради Этель», – пронеслось в голове Ронды, и Ааррон улыбнулся одними уголками губ.

Его голубые глаза остались такими же печальными и усталыми, окруженные тенями недосыпа.

Он понял, о чем она подумала. Всегда понимал.

– Ты ведь знаешь, каков ответ на твой вопрос. Он всегда был, есть и будет одинаков.

– Этель, – кивнул Ааррон, а Ронде стало больно лишь от одного звука ее имени.

– Она – единственный важный для меня человек.

В горле пересохло, будто Ронда проглотила мешок раскаленного на солнце песка.

Он скрипел на зубах и забивал легкие.

– Ты сама в этом себя убедила, – бесцветно отозвался Ааррон и подхватил щенка на руки. – Ты замкнулась. Исчезла, хотя я…

«Не надо!» – чуть не вырвалось из сдавленного горла, но вместо этого с губ сорвался тихий хрип. На большее в легких не осталось воздуха.

– Я принес тебе Сира Бубенчика, – слишком резко выпалил Ааррон и впихнул щенка в руки Ронды.

Она едва успела подхватить малыша и застыла, пораженно глядя на живой теплый комочек.

Совсем крохотный, щенок возился в руках Ронды, пока она боялась даже шевельнуться и ненароком навредить малютке. Она чувствовала, как под хрупкими ребрами щенка на кончиках ее пальцев бьется маленькое сердце.

– Зачем? – сорвалось с пересохших губ.

Ронда не решалась поднять глаза на Ааррона, а потому смотрела на щенка, что копошился на ее ладонях. Странно, но именно сейчас она остро ощутила, насколько все эти годы была одинока.