Вернись!

Будь рядом. Хоть секунду дай мне ощутить, что я жива! Ты моя жизнь! Без тебя меня ждёт смерть!»

Стукнув с силой ладонью о стол, я заставила боль перекочевать из души в руку. Не заметив рядом нож, я зацепила его лезвие.

– Чёрт подери! – порез кровоточил.

Кровь измазала исписанный лист, присоединилась к пятнам от слёз и растеклась по бумаге. Попавшейся салфеткой я накрыла рассечённую рану на ладони и, зажав кулаком, промокнула алую струйку. Замерев, я с неким любопытством наблюдала, как слои окрашиваются красным цветом.

Лист в кумачовых пятнах ввёл меня в ступор. Раскатистый звонок вывел из коматоза. Я вздрогнула и, бросив послание, выскочила из-за стола. Подняв трубку домашнего телефона, я тайно надеялась, что звонит Адам.

– Кто? – затаив дыхание, спросила я.

– Раиса, – это Варя.

У меня от её голоса исчезла надежда услышать мужа, искра чаяний угасла в реке разочарований. Мной овладело чувство, словно я поднялась на эшафот и остались считанные минуты моей земной жизни, а может лишь секунды или мгновения и крайне мало сил… Я оторопела в ожидании плохих вестей.

Липкий пот покрыл спину. Страшная мысль, словно прилетела с потолка, и я даже порезалась о её осколки:

– Что-то случилось?.. – я помолчала в ожидании ответа.

Варвара – моя давняя приятельница, – жена Сергея, хорошего друга Адама. Как я забыла о ней, о них, будто кто-то стёр их из памяти? Я не любила с ней сплетничать априори, но когда мы собирались семьями, то отлично проводили время. «Боже! Как же я могла забыть?» – стучались в голове бесконечные как, и натянуто вежливо спросила:

– Ой! Привет! Очень вовремя ты напомнила о себе… – моё сердце удвоено заколотилось.

– У тебя всё хорошо? – её голос был мягок, как всегда.

Неискреннюю радость Варвара отметила сразу. Мой голос с хрипотцой её насторожил, и она повторила вопрос. А я никак не включалась в беседу. Увлечённая написанием исповеди, я действительно не могла говорить.

– Нормально, – всё, что я выдавила из себя.

– Я звоню не потому, что мне хочется поболтать о пустяках.

Ты же знаешь, что я люблю общаться с глазу на глаз и телефонные сплетни мне ни к чему, – она, как всегда, была прямолинейна и за это я её любила.

– Дорогая, как я рада тебя слышать! Рада безмерно… Может ты моё спасение? Как давно мы общались… – опомнилась я и включилась в беседу.

– Я хочу сообщить, что Адам живёт у нас на даче под предлогом, что ему нужна тишина для работы над проектом его мечты. А дома ему мешают дети.