Настоящие. Серия «Превращаясь в бога». Часть 1

Куда? – я не знал о чём он говорит и, словно оправдываясь перед незнакомцем, зачем-то ответил: – Я никуда не уезжал и не уходил. Вы кто, собственно, такой?! – меня обуял интерес и одновременно раздражение.

– Арт! – дядька вздохнул и, хлопнув себя ладонью по лбу, бросил с экрана претензии: – Только не говори, что ты до сих пор ничего не вспомнил.

– Ну, – я сдвинул брови, – я много чего помню, но… Кто вы такой? Я вас не знаю. И почему вы называете меня Арт? Меня зовут Артём, похоже, вы ошиблись… Да?

Меня заклинило, и я со скоростью компьютера перебирал в голове предпосылки к тому, что сейчас произошло, но ничего путного не нашёл.

– Осмелюсь предположить… Это ваша жемчужина, что ли? Что происходит? – я прикрыл глаза и подумал: «У меня, наверное, бред. Сначала водяные штуки всякие, теперь это…».

Ноги подкосились, и я рухнул на кровать. Шар развернулся и последовал за мной, чтобы мужчина с экрана был обращён лицом ко мне.

– Во имя Нибиру! – бородач восклицал каждый раз, когда обращался ко мне.

Он незлобиво журил меня, сверкая белозубой улыбкой и продолжал:

– Ладно, буду действовать по старинке. Приезжай ко мне. Эти трансмиттеры сильно истощают меня, а мигрень моей голове сейчас ни к чему. Жду тебя на центральном железнодорожном вокзале, – у входа… – взглянув на часы, он добавил, – через час. Жемчужину не забудь! Я, кстати, – Айс. Будем знакомы… снова!

Образ растворился, шар принял первоначальный размер и упал, цокнув о пол. Я поднял мизерную, словно горошина, зеленоватую жемчужину и, прикрепив на цепочку, вернул на шею.

Айс! Очень знакомое имя… хотя в пост СССР таких имён, точно, не было. Я захотел встретиться с ним. Для меня была жуть как интересна происходящая суматоха.

Полчаса я не находил места, обдумывая невероятное событие. Затем вступился в кроссовки и пошёл ловить такси, чтобы прибыть ко времени на вокзал.

Центральный вокзал, недавно отстроенный, выглядел роскошно и представлял собой величие современной архитектуры.

Его древнегреческий стиль с колоннами и мозаичными окнами, каменными ступенями и статуями людей пробуждали в людях эстетический вкус. Зеркальные стены снаружи отражали небо, которое, соединяясь с окружающим миром, создавало иллюзорный простор. Присутствие в пространстве здания выдавали окна, обрамлённые в рамы. Изнутри строения были видны все прилегающие улицы.