Кома

Мутное пятно расползалось перед глазами, проявилось очертание спасителя парящего надо мной как воздушный шар, нельзя было не восхититься его неземной красотой. Светящийся нимб над белоснежной курчавой шевелюрой завораживал взгляд, игривое ажурное оперение вместо платья искрилось словно бриллианты, а добрая улыбка на лице создания склонившегося надо мной была хорошим знаком. Я восхитилась видением, оно обнадёжило меня тем, что в жизни произошли изменения, иначе я умерла бы от тоски.

– Даже если у меня окончательно снесло крышу, я согласна была иметь рядом любого напарника.

Я поняла сразу, это был Он – мой ангел. Он навещал меня время от времени и ранее. Протянув руку к его кудряшкам я пыталась коснуться их, но ухватить облачные пряди не удавалось, пальцы не чувствуя тверди физического тела тонули в тумане. Мне не удалось ощупать неземное создание, блуждающие в пустоте руки утомлённо упали камнем. Измождённая от натуг поймать птицу феникс, я снова провалилась в небытие.

– Черт! Черт! Черт! Сколько это длится? – закричала я при новом пробуждении, но, как и раньше голос увяз в груди. Я словно запертая в каменный мешок не могла пошевелиться.

Лёгкое прикосновение небесного создания к моим волосам вернуло меня в действительность.

– Он все ещё здесь, – подумала я. – Слава Богу! Он не оставил меня одну справляться с проблемами.

Я словно смотрела на себя с высоты и вкушала нежность, когда точёные пальчики ангела касались меня, он гладил лицо и волосы, а в моей душе щекотали бабочки, из моей груди вырывались яркие сгустки похожие на звёзды, они, взмывая вверх, рассыпались в пыль.

– Привет! – крикнула я громче. Но мои усилия были напрасны, он меня не слышал.

Ангел был рядом и пел голосом Уитни Хьюстон, после слов «Lave you!» я снова погрузилась во тьму.

Когда я очнулась, ангела не было, он оставил меня.

Мной завладело яркое чувство свободы. Вечно обременённая работой и занятая семейными проблемами, я вдруг завладела временем и пустилась в путешествие по волнам своей жизни. Захотелось из-за смутной тревоги порыться в добром детстве, казалось, что моя свобода является вынужденным обстоятельством.

– На чем же я остановилась? – ощутив прилив сил, я ринулась на баррикады воспоминаний.