В Бездонном море тысяча ночей

Вспомнив о ране, оставленной Аруогом на её запястья, она взглянула на свою левую руку, но удивительным образом на коже не осталось ни царапины, ни шрама, словно события прошлой ночи ей лишь привиделись.

После завтрака Мирми помогла Диане заплести волосы и отвела в изначально выделенную ей комнату, где на кровати уже лежал новый наряд со скромным вырезом на груди и закрытой спиной. Воланы пышного платья опускались один на другой и пирамидой доходили до самого пола. Диана провела рукой по невесомой, небесно-голубой материи и усмехнулась: «Чувствую себя узницей, с которой сдувают пылинки».

– Сегодня на званом обеде я представлю тебя членам Малого совета племени, – Диана вздрогнула от неожиданности, услышав голос Аруога сквозь открывшуюся Связь, и обернулась. Он тихо стоял у двери и наблюдал за тем, как она красовалась у зеркала.

– Но они наверняка уже выдели меня во время венчания.

– Это не одно и то же, Рриану. Вчера ночью я признал тебя своей супругой и закрепил нашу Связь, поэтому сегодня я представлю тебя официально.

Когда солнце миновало зенит, он помог ей спуститься в главный зал – просторное помещение с высоким потолком, подпираемым колоннами.

Через стены зала, сверху до низу испещренные сквозным рисунком, с улицы просачивался неровный свет. Если бы Диану попросили описать узор одним словом, она назвала бы его имперским. Пышные резные вензеля со стен переползали на сводчатый потолок, и терялись среди крупных прорезанных в нём отверстий, сквозь которые на пол падали столпы света.

К появлению Дианы и Аруога за выставленными буквой П столами уже восседало одиннадцать подводных жителей.

– Поприветствуйте Рриану, ныне мою погружённую жену, – произнёс Аруог, указывая рукой на Диану, и подводные жители, приветственно встав, чуть заметно преклонили головы. Он ответил им тем же жестом, и Диана последовала его примеру.

Обед начался в молчании, но, когда первые подносы с едой опустели и слуги начали сменять их на новые, в зале зазвучала певуче-рычащая подводная речь.

Один из них, мужчина средних лет, сидевший справа от неё, обратился к Аруогу, изображая заботливую улыбку:

– Скажи, Аруог, зачем ты так поторопился с представлением супруги? На этом званом обеде даже нет никого от правящего города, – мужчина говорил с заботой, но почему-то в голосе его сквозили нотки холодности и презрения.