Багровый закат над Западным морем

Я хотел лично попросить тебя приглядывать за Главой и обращать внимание на слухи. Кто приплыл в город, зачем, как долго собирается оставаться… У нас есть подозрение, что Мирми похитили люди Эгиарра.

– И вы поплывёте за ними втроём?! – возмутился Ианур. – Вы с ума сошли? – он покачал головой. – Я поплыву с вами.

– И оставишь племя без защиты? – спросил Вэимар, до сих пор стоявший у двери.

– В нашем городе достаточно сильных Оиилэ, чтобы не переживать о благополучии жителей, – ответил Ианур раздражённо.

– Ты как будто не слышал слова Аруога! Ни у кого, кроме тебя и Главы, нет трезубца, – настаивал Вэимар. – Ты должен остаться.

– И позволить им уплыть втроём?!

– Если ты так переживаешь, я могу поплыть с ними!

– Никто из вас никуда не поплывёт! – гаркнул Ривэирр. Характер его сверх-принципиального сына явно не стал лучше после нескольких почти бессонных ночей, но и Ианур был слишком юн и вспыльчив. – Мы отправимся втроём, чтобы не привлекать внимание. К тому же Аруог прав, городу нужна защита.

– Есть ещё род Рэины, – ответил Ианур, но уже без прежнего запала. – Но я понимаю ваше беспокойство… Останусь. – Он кивнул в знак согласия. – И попрошу свой род обращать особое внимание на пришлых.

– Спасибо, – Аруог подплыл к Иануру и благодарно похлопал его по плечу. – Если не сложно, сообщи о нашем отплыве Анарэну.

– Я как раз плыву в ту сторону, – вклинился Вэимар. – Провожу тебя.

Глава 6

Попрощавшись с Вэимаром возле здания Торговой общины, Ианур отправился в Риа Ораил, в мыслях по-прежнему рассуждая, что безрассуднее – чуть ослабить защиту Улиан Гиугин или подвергать опасности Лунную чету. Но, если рассудить здраво, то без Рриану и Аруога Жемчужный город будет мало интересовать Эгиарра.

Всё-таки больше переживать стоит за тех, кто уплывёт, нежели за тех, кто останется.

«Зря я не настоял», – подумал Ианур, толкая тяжёлую дверь святилища.

– Спасибо, Ли вомаго Анарэн, – услышал он знакомый женский голос, разносившийся по залу. – Тогда я приплыву завтра.

Виан с волнением сжимала руку Верховного жреца, и в груди Ианура снова зашевелилось неприятного чувство, поселившееся там совсем недавно. Поначалу он не придавал этому особого значения, но теперь совершенно точно знал, что это чувство коварно, и он не всегда успевает укротить его, прежде чем сделает очередную глупость.