Монстры царства стали

И ты вполне себе жива… – он почесал свой подбородок. – Что ж, наверное, не стоило доверять такое дело тем, кто косвенно был с тобой знаком. Приму к сведению на будущее.

На будущее?!

Рэйна еще раз дернулась на стуле, и в этот раз ей удалось выплюнуть кляп изо рта. Волосы прилипли к ее лбу, мокрому от пота и крови.

– Зачем?! – закричала она ему в спину, когда он отошел от нее к окну, за которым плыли тусклые облака. – Зачем ты это сделал?

«Зачем ты убил меня, отец?» – мысленно добавила она. Ее голос сорвался на хрип.

Она ведь в детстве и правда считала его своим отцом. Каспар дал ей свою фамилию. Он забрал Рэйну из приюта. И в глубине души такое предательство, которое она осознала лишь сейчас, ранило ее.

– Зачем? – повторил Каспар, обернувшись со снисходительной улыбкой. – Зачем что?

Он провоцировал ее на открытый вопрос. Хотел увидеть ее слабость.

Каспар знал, что Рэйна всегда нуждалась в нем и в его одобрении. Поэтому она и бездумно согласилась на этот план с поездкой на подписание договора, так как хотела, чтобы он ею гордился.

Взгляд Рэйны стал безумным. Глаза были влажными от слез. Она это не скажет и не признается ему. Никогда.

– Зачем было их убивать? – осипший голос, больше похожий на хрип, вырвался из ее горла.

– Затем, что они мешают, – просто ответил ей Каспар, садясь перед ней на корточки.

Сама Рэйна была привязана к железному стулу. Если бы не слабость, она могла бы встать и снести его с ног.

– Они мешали мне, и я их убрал.

– А я тебе тоже мешала? – спросила Рэйна и усмехнулась.

– Ты?

– Я.

– Да. Ты моя кровь. И это тоже проблема.

Рэйна тихо засмеялась, внутренне заживо сгорая в агонии. Каспар молча наблюдал за ней.

– Тогда зачем было ждать так долго?

Их диалог заполоняли сплошные «зачем» и ни одного «почему».

– Это могло случиться и раньше. Но ты тогда все испортила.

Сначала Рэйна не поняла, о чем шла речь. А потом вспомнила. И ее смех тут же прекратился.

Столица. Три года назад. Покушение на Канну. Полуразрушенный дворец. Гибель короля Валии, выкидыш у королевы. Сильные ожоги у Дианы на ручках, оставшиеся с ней навсегда…

– Так это… был ты.

Она не вопрошала. Рэйна утверждала. И ждала подтверждения, словно пощечины.

– Да, я.

Слова ударили ее наотмашь.

– Тварь.

Тут уже настал его черед смеяться.