Монстры царства стали

Но хотела услышать свой прокол, что стоил ей всего. В том числе и жизни принцессы Канны.

– Такого требования не было, – подтвердила Астрид. – При подписании было необходимо присутствие лишь королевы или ее доверенного лица.

Рэйна прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Теперь сомнений не оставалось. Все сходилось.

И почему она поверила ему на слово? Какой же глупой она была, не перепроверив эту информацию. Съела ложь и не подавилась.

Вот и последствия. Долго ждать не пришлось.

– Ты знаешь, кто виноват в смерти наследников? – голос Самах заставил Рэйну вернуться в реальность и раскрыть глаза.

– Да.

– И кто же это? – вырвалось у Астрид, которая так и продолжала стоять, уперев ладони о стол и рассматривая земли Валии и Мирии.

– Каспар Дрейк.

Все присутствующие снова замолчали. Астрид замерла так, как, наверное, и умели замирать только бессмертные – казалось, будто она обратилась в камень. Валькирия в течение какого-то времени даже не моргала, плотно сжав губы в линию. Потом резко оттолкнулась от деревянной столешницы и выпрямилась как струна.

– Это ведь твой приемный отец, – первое, что сказала она после непродолжительного молчания.

– Да, – подтвердила Рэйна.

– И ты уверена в том, что именно он стоит за гибелью наследников престола Валии? – подала голос рыжеволосая Рут.

– Да.

Астрид заложила руки за спину, резко прошлась вдоль стола и снова встала, уперев на столешницу ладони. Ее глаза сощурились, а ноздри еле заметно раздулись. Рэйна спокойно наблюдала за главной, продолжая стоять с прямой спиной.

– Если это правда, то у нас проблемы.

– Вы можете мне не верить. Обойдусь и без этого, – вырвалось у Рэйны.

– Правду ты говоришь или нет, мы узнаем, как только Леони принесет камень Правды[5 - Артефакт фейри, способный показывать, правду ли говорит собеседник. Если камень окрашивается в алый цвет – ложь, если в зеленый – правду. В этом мире существует всего несколько таких камней.], – сухо бросила ей главная. – Но пока у нас нет причин тебе не доверять.

Рэйна усилием воли заставила себя не поморщиться от упоминания имени, что стало ей чужим.

Случившееся уже не было покушением. Это убийство. Но переубеждать она не стала.

– Я вам нужна не сколько для выявления виновников случившегося, сколько ради того, чтобы удостовериться: а не могу ли я являться вашей новой сестрой, ведь так? – в лоб спросила Рэйна.