Королева миров

Упертый и гордый могущественный маг молча покинул мой дом. Я вышел в свой любимый сад сейчас обильно цветущих деревьев и кустарников диковинными синими и фиолетовыми цветками.

Сзади подкралась Виктория и с ходу бросилась в атаку со своими гениальными идеями.

– Отпустим его просто так? Леонид, мы же можем использовать его!

– Я НЕ ПОЗВОЛЮ БОЛЬШЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ МОЕГО СЫНА! – сорвался я на крик, чем напугал свою девочку, которая попятилась назад на несколько шагов.

– Ладно, ладно, не горячись, милый.

Скоро они направятся в тур, и там мы выкрадем ее и исполним задуманное, – она нервно поиграла пальцами и продолжила, – У меня есть идея, как заставить Темный мир воевать за нас. Я знаю, как заставить Хаоса сражаться! Мы убьем его любимую, и заставим его думать, что Кристина похожа на нее, я заставлю, когда он увидит ее во время тура. И тогда-то мы ему предложим убить ее и вдохнуть в нее душу его возлюбленной Анны.

С каждым сказанным ее словом я поражался ее беспринципности и жестокости… но я так любил ее.

– Дорогая, тебе не кажется, что это слишком. Достаточно просто убедить его в том, что она мертва, пытался я смягчить все больше распаляющуюся рыжую, слегка сумасшедшую красавицу.

– Да? А потом она окажется чьей-то дочерью, и мы опять не сможем использовать ее? Или она внезапно появится, или сбежит, или ее спасут… Нет, это слишком рискованно с тобой, дорогой… ты слишком добрый и ранимый. Я не могу так рисковать. Я сама ее убью.

– Как скажешь, только не вмешивай моего сына, – обреченно сдался я.

– Хорошо. Любимый, помни, наша цель благая. Мы хотим исправить вопиющую несправедливость в мирах. Одна жертва – это ничто, наряду со спасением миллиардов существ.

– Ты права, любовь моя.

Я поднял ее на руки под бедра и посмотрел ей в глаза, в них не было ни любви, ни страсти. Но я знал, это временно… одна жертва – это ничто ради нашей любви.

____________________________________

Леонид стоял в темном сыром подвале, держась за голову, погруженный в свои воспоминания, смотря на ни в чем не виновную убитую Химеру в куче кровавого месива.

Горечь и скорбь сменились безумием, и, опустив руки, он прошептал себе под нос.

– Плевать. Пора исполнить задуманное.

Глава. 19 Битва

Я проснулась утром и почувствовала себя просто потрясающе выспавшейся и отдохнувшей. Около кровати в кресле спал Брайт. В моих ногах в лучах солнца, которые пробивались сквозь приоткрытые шторы, нежился Люцик.