В пути

В воздухе витал запах ранней осени – пахло листьями, специями и корицей, река пахла остро и пряно – илом, водорослями, яхтами, пришвартованными у причала. Я присела на лавочку, но тут же подскочила – лавочка была холодной. Натянув платье как можно ниже, я все же села и закрыла глаза. Под веками начали скапливаться слезы, чувство было мягким и тянучим, как шоколадная паста. Я могла вдыхать только резкими маленькими глоточками от чувства грустного счастья. Когда стакан опустел, я выбросила его, собираясь встать и найти, где же мне все-таки перекусить, но минуты тянулись, а я все сидела с закрытыми глазами, не смотря на то, что холод становился все назойливее.

Неожиданное тепло меня напугало, прервав связь с рекой, осенью и холодным ветром. Я открыла глаза. Алекс плотнее запахнул на мне свой пиджак. Вишневая рубашка идеально подчеркивала широкие плечи и узкую талию. Меня окутал запах его парфюма с нотками кожи салона машины. От Макса часто пахло так же, и мысль об этом немного отрезвила меня.

– Девушка в той кофейне любезно подсказала мне, какой кофе ты брала. Я решил взять тебе его снова, чтобы не прогадать. Но если хочешь, можешь взять флет – вайт. Он протянул мне подставку.

Я чувствовала себя как героиня дурацкого сериала о любви.

– Ты какого черта тут делаешь?

***

Она выглядела шокированной. Еще бы. Мы столько времени прожили в этом городе, наши дочери были лучшими подругами, но мы даже не подозревали о том, что находимся так близко.

–Не ругайся, тебе это не идет, – я улыбнулся совершенно против воли, а она взвилась.

– Ал, ты…

– Тшшш, – я ее перебил и указал на реку. Рядом с этой женщиной мне хотелось тишины. Внутри все бурлило, мысли путались, я не знал, как стоит вести себя. Фро, наконец, взяла свой кофе, я поморщился. Как и раньше, я не понимал, как можно пить эту химозную гадость, она полностью перебивает вкус кофе.

Когда я подошел, она выглядела такой умиротворенной, я даже решил, что она уснула. Додумалась же, гулять в одном платье в такую погоду.

– Мой пиджак остался в машине, я решила не возвращаться за ним.

Я выругался про себя. Думать вслух стало дурной привычкой.