Русская гейша. Загадки любви

Ёсико внимательно выслушала мое предложение и, не раздумывая, согласилась.

– Я спокойно смогу совмещать работу здесь с преподаванием в институте, – сказала она. – И буду делать это с удовольствием. Мне очень нравится ваше дело, и я вижу большие перспективы.

– Хотелось бы, чтобы мои девушки получили разносторонние знания о Японии, – заметила я. – Но, сами понимаете, все-таки акцент должен быть на темах, связанных с гейшами.

– Да, несомненно, – согласилась Ёсико. – И мне самой будет интересно подбирать материал.

На прощание она преподнесла мне фигурку могучего воина в полном самурайском снаряжении.

– Это Бясимон, бог богатства и процветания, – пояснила она, – один из семи богов Удачи.

– А почему он с таким большим копьем? – поинтересовалась я, изучая фигурку.

– По преданию он охраняет северный край земли от вторжения демонов, – ответила Ёсико.

Из тетради лекций Ёсико:

«Кимоно является частью Традиции, и в любом произведении японского искусства так или иначе оно присутствует.

Немало описаний различных кимоно и в литературе. Вот, к примеру, отрывок из текста Окада Сёги, автора XIX века:

„Они гулялли по Эдо и радовались как солнечному деньку, так и мимолетному дождю. Девушка тщательно подбирала наряд для встречи, и на ней было двенадцатислойное кимоно стиля Хэйан. Ее спутник выбрал для свидания накидку с длинными рукавами, популярную у молодых модников.

Он преподнес ей букетик оминаэси – маленькие желтые бутончики, обозначенные как „дева-цветок“, иногда еще их называли „цветами чувственных куртизанок“.

Девушка смотрела на него нежно и жадно, будто никак не могла наглядеться на этого человека, понемногу становившегося хорошо известной фигурой на улицах Эдо. Уличные девки в центральном районе Хондзё отпускали в его адрес веселые замечания. А продавец конопляных кимоно гордился тем, что шил для него одежду…“»

Все дни до Старого Нового года были заняты бесконечными выступлениями. Меня утешало только то, что после каникул не нужно было выходить на работу в школу.

Директор Михаил Феликсович уговаривал меня не бросать студию среди учебного года, но я была непреклонна. И как-то с утра приехав в школу, написала заявление об увольнении. Он внимательно на меня посмотрел, задумался, но потом все-таки подписал.

Тепло с ним распрощавшись, я вышла на улицу и вдохнула морозный воздух полной грудью. В этот момент услышала, как сигналит машина, и повернула голову. У тротуара притормозила серебристая «Тойота».