Двадцать одна ночь

 – Государственный: он принадлежит государству и народу. А какой еще может быть?

Он искренне считал, что мы чего-то недопонимаем в жизни. Он задумался и продолжил:

– Раз сад принадлежит народу, народ может угоститься.

– А народу за это ничего не будет? – проявила я осторожный экстремализм.

– Ну только если вы грузовик подгоните, – усмехнулся Альваро. – Идите ешьте.

Персики были сногсшибательные, и, немного утолив голод, мы отправились в Сьенфуэгос. По дороге, трясясь в нашей комфортабельной кубинской маршрутке, мой взгляд то и дело падал на Алену с Петечкой, сидящих впереди: такими счастливыми, беззаботными и озорными они мне казались.

Алена в рамках своей работы устраивала выездные мероприятия за границей для VIP-туристов. Этот формат имел огромный успех, потому что у населения появились деньги после нищих и криминальных девяностых, а также острое желание путешествовать и наверстывать упущенные возможности времен железного занавеса.

На одном из таких мероприятий она познакомилась с талантливым фотографом Петечкой. Петечка мог так заболтать любого, что люди перед камерой просто оживали и открывались с новой стороны. На мой взгляд, они стали прекрасной парой, не только в личном, но и профессиональном плане. Как раз в этот момент Петечка шумно восхищался Алениными формами.

– Вы только посмотрите, какая у нее попа, – радостно вещал он, – и все это богатство – мое!

Они казались такими волшебными и влюбленными, эти Алена и Петечка.

Мы наконец-то добрались до Сьенфуэгоса.

Сьенфуэгос считается самым чистым городом Кубы, хотя, по моим ощущениям, Куба – достаточно чистая страна. Город основали эмигранты из Франции и построили его похожим на маленький Париж. Мы приехали, когда уже стемнело и зажглись фонари. В этот момент у нашей части компании и случился конфликт с новыми знакомыми. Речь зашла о ночевке (как ни парадоксально, мы не продумали это заранее, хотя считали себя опытными путешественниками).

Альваро предложил нам заночевать в честном доме, так называемой casa particular. Такие дома отмечены специальным значком, говорящим о том, что хозяину разрешено сдавать свое жилье в аренду иностранцам. Я только лишь могу себе представить, насколько благонадежным хозяин жилья должен быть с точки зрения социалистического правительства, чтобы представлять страну перед иностранными гостями.